Category: криминал

Category was added automatically. Read all entries about "криминал".

Шахматист

Стенограмма Нюрнбергского процесса. Том I (militera.lib.ru), 2018

День четвёртый
Пятница, 23 ноября 1945

Додд: В документе PS-699, в письме Гитлеру, написанном 25 августа 1939 г., всего за несколько дней до нападения на Польшу, подсудимый Функ докладывал, что Рейхсбанк готов выдержать любое потрясение в области международной кредитной системы и валюты, которое будет вызвано большой войной. Он сообщил, что тайно перевел все фонды Рейхсбанка, находившиеся за границей, в золото, и что Германия готова встретить все финансовые и экономические проблемы, которые возникнут в будущем.

Collapse )

Шахматист

Поль Мишель Фуко (1926—1984) История безумия в классическую эпоху (1972)

Часть вторая
Глава третья. Лики безумия
II. Мания и меланхолия
На протяжении XVIII в. образ животных духов, движущихся по нервным каналам, образ механистический и метафизический, нередко вытеснялся другим, более строгим с физической точки зрения, но при этом несущим еще большую символическую нагрузку, - образом натяжения, напряжения нервов, сосудов и всей системы органических фибр. В этом смысле мания есть нaтяжение фибр, достигшее крайней степени, а маньяк представляет собой своеобразный инструмент, струны котopoгo натянуты слишком сильно и потому начинают вибрировать даже при самом отдаленном и самом легком раздражении. Сущность маниакального бреда состоит в непрерывно вибрирующей чувствительности. Через этот образ отличия мании от меланхолии, уточняясь, выстраиваются в строгую антитезу: меланхолик лишился способности звучать в унисон с внешним миром, потому что eгo фибры расслаблены или же неподвижны из-за чрезмерного нaтяжения (механизм натяжения, как мы видим, с одинаковым успехом объясняет и неподвижность, присущую меланхолии, и маниакальное возбуждение); резонируют у меланхолика вceгo лишь несколько фибр - те самые, что соответствуют eгo бредовому пунктику.

Collapse )

Шахматист

Поль Мишель Фуко (1926—1984), «Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы» (1975)

II. Наказание
Глава 2. Мягкость наказаний
...Но самое важное, несомненно, то, что условием и следствием этого контроля и преобразования является формирование знания об индивидах. Одновременно с новым заключенным администрация Уолнат Стрит получает отчет о совершённом им преступлении и сопутствовавших обстоятельствах, резюме допроса обвиняемого, сведения о его поведении до и после вынесения приговора: все это необходимо знать, чтобы «определить, какое лечение и помощь требуются для искоренения его старых привычек». И на протяжении всего заключения он подвергается наблюдению, его поведение изо дня в день документально фиксируется, и инспектора (в 1795 г. – двенадцать знатных горожан), дважды в неделю по двое посещающие тюрьму, получают информацию о происходящем, осведомляются о поведении каждого заключенного и решают, кто заслуживает ходатайства о снисхождении. Постоянно совершенствуемое знание индивидов позволяет подразделить их в тюрьме не столько по совершённым преступлениям, сколько в соответствии с обнаруженными наклонностями. Тюрьма становится своего рода постоянной обсерваторией, дающей возможность распределить разные пороки или слабости. Начиная с 1797 г. заключенные делились на четыре класса: первый составляли те, кто приговорен к одиночному заключению или совершил серьезные правонарушения в тюрьме; ко второму принадлежали те, кто «хорошо известен как матерый преступник… порочен, опасен, неустойчив в своих склонностях или непредсказуем в поступках» и проявил все эти качества за время пребывания в тюрьме; третий класс включает в себя тех, «чей характер и обстоятельства до и после осуждения заставляют заключить, что они не являются закоренелыми преступниками»; наконец, особое отделение, испытательный класс для тех, чей характер еще не известен, или для тех, кто во всяком случае не заслуживает зачисления в предыдущие категории. Организуется целый корпус индивидуализирующего знания, область значения которого – не столько совершённое преступление (по крайней мере не оно одно), сколько потенциальная опасность, сокрытая в индивиде и проявляющаяся в его наблюдаемом каждодневном поведении. С этой точки зрения тюрьма действует как аппарат познания.

Collapse )

Шахматист

Поль Мишель Фуко (1926—1984), «Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы» (1975)

II. Наказание
Глава 1. Общие принципы наказания
...Для Ле Трона, как и для многих других в ту эпоху, борьба за установление границ власти наказывать была непосредственно связана с необходимостью более строгого и постоянного контроля над народной противозаконностью. Понятно, почему критика публичной казни имела столь важное значение для реформы уголовного права: казнь была формой, зримо соединявшей в себе неограниченную власть суверена и вечно бодрствующую народную противозаконность. Гуманность наказаний есть правило для режима наказаний, устанавливающее их пределы для обеих сторон.


Collapse )

мысль о преступлении и мысль о наказании должны быть тесно связаны и «следовать друг за другом без перерыва… Сформировав в сознании граждан цепочку мыслей, вы сможете гордиться тем, что исполняете роль их вождей и хозяев. Глупый деспот приковывает рабов железными цепями; истинный политик связывает их еще крепче цепью их собственных мыслей; первое ее звено он закрепляет в надежной точке – в разуме. Связь эта тем крепче, что мы не знаем, чем она держится, и считаем ее делом собственных рук. Отчаяние и время разъедают скрепы из железа и стали, но бессильны против привычного соединения мыслей, разве лишь укрепляя его. На мягких волокнах мозга возводится прочный фундамент мощнейших империй».

Шахматист

Поль Мишель Фуко (1926—1984), «Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы» (1975)

I. Казнь
Глава 2. Блеск казни
...И точно так же как предположение о виновности было неотъемлемым элементом следствия и долей виновности, выверенное страдание, причиняемое "законной" пыткой, было частью и наказания, и следственного процесса.

Но весьма любопытно, что сцепление этих двух ритуалов через тело сохраняется и после признания доказательства достоверным и вынесения приговора: в самом исполнении наказания. И опять-таки, тело осужденного становится существенным элементом церемонии публичного наказания. Виновный должен вынести на всеобщее обозрение приговор и факт совершенного преступления. Выставляемое напоказ, водимое по улицам, демонстрируемое, терзаемое, тело осужденного служит зримой подставкой для процедуры, которая прежде оставалась в тени; в нем, благодаря ему акт правосудия становится очевидным для всех. Это живое и яркое обнаружение истины в публичном исполнении наказаний имеет в XVIII веке несколько сторон.

Collapse )

Шахматист

Взгляд юриста, или кто освободил уголовников в марте 17го.

Oral history interview with V. V. (Vladimir Vladimirovich) Popov 1966 02
https://dlc.library.columbia.edu/catalog/cul:18931zctc0
Спокойный дядечка, сам юрист, папа священник - член думы четвертого созыва.
Передаю неточно - "и тут я догадался, что Россию могут дальше спасать и без меня".
С 26го года в канцелярии великого князя в Париже, работал с Кутеповым, "на моих можно сказать глазах произошло его похищение".
Насчет именно этой темы - вливания в общество и армию преступного элемента примерно с 24й минуты второй части.