papalagi (papalagi) wrote,
papalagi
papalagi

Categories:

Достоевский Федор Михайлович (11 ноября 1821 — 9 февраля 1881) ПСС Т. ХХVI

Дневник писателя

Ежемесячное издание

Год III

Единственный выпуск на 1880

Август

Глава вторая

Пушкин (очерк) Произнесено 8 нюня в заседании Общества любителей российской словесности

...

Ибо русскому скитальцу необходимо, именно всемирное счастие, чтоб успокоиться: дешевле он не примирится, — конечно, пока дело только в теории. Это всё тот же русский человек, только в разное время явившийся. Человек этот, повторяю, зародился как раз в начале второго столетия после великой петровской реформы, в нашем интеллигентном обществе, оторванном от народа, от народной силы. О, огромное большинство интеллигентных русских, и тогда, при Пушкине, как и теперь, в наше время, служили и служат мирно в чиновниках, в казне или на железных дорогах и в банках, или просто наживают разными средствами деньги, или даже и науками занимаются, читают лекции — и всё это регулярно, лениво и мирно, с получением жалованья, с игрой в преферанс, безо всякого поползновения бежать в цыганские таборы или куда-нибудь в места, более соответствующие нашему времени.

...

Он разом, самым метким, самым прозорливым образом отметил самую глубь нашей сути, нашего верхнего над народом стоящего общества.

...

Но бог судил иначе. Пушкин умер в полном развитии своих сил и бесспорно унес с собою в гроб некоторую великую тайну. И вот мы теперь без него эту тайну разгадываем.

как там было? тайна может быть открыта лишь тому, кто в состоянии сам её постичь...

...

Глава третья

Придирка к случаю. Четыре лекции на разные темы по повду одной лекции прочитанной мне г-ном А. Градовский. С обращением к г-ну Градовскому

I. Об одном самом основном деле

...

Я знаю: подъем духа парода нашего в последнюю войну, а тем более причины этого подъема, не признаются либералами, смеются они над этой идеей: «У этих, дескать, смердов собирательная идея, у них гражданское чувство, политическая мысль — разве можно это позволить?» И почему, почему наш европейский либерал так часто враг народа русского? Почему в Европе называющие себя демократами всегда стоят за народ, по крайней мере на него опираются, а наш демократ зачастую аристократ и в конце концов всегда почти служит в руку всему тому, что подавляет народную силу, и кончает господчиной. О, я ведь не утверждаю, что они враги народа сознательно, но в бессознательности-то и трагедия. Вы будете в негодовании от этих вопросов? Пусть. Для меня это всё аксиомы, и, уж конечно, я не перестану их разъяснять и доказывать, пока только буду писать и говорить.

...

Но к делу. Вы утверждаете, что Алеко убежал к цыганам от Держиморды. Положим, что это правда. Но хуже всего то, что вы-то сами, г-н Градовский, вполне убежденно признаете права Алеко на всю таковую брезгливость его: «Не мог, дескать, не убежать к цыганам, ибо уж слишком гадок был Держиморда». А я утверждаю, что Алеко и Онегин были тоже в своем роде Держиморды, и даже в ином отношении и похуже. Только с тою разницею, что я не обвиняю их за это вовсе, вполне признавая трагичность судьбы их, а вы их хвалите за то, что они убежали: «Дескать, такие великие и интересные люди могли ли ужиться с такими уродами?» Вы ужасно ошибаетесь. Вы вот сами выводите, что Алеко и Онегин вовсе не отрывались от почвы и вовсе не отрицали народную правду. Мало того: «Вовсе-де они и не горды были» — вот что вы даже утверждаете. Да тут гордость прямое, логическое и неминуемое последствие их отвлеченности и оторванности от почвы. Ведь не можете же вы отрицать, что они почвы не знали, росли и воспитывались по-институтски, Россию узнавали в Петербурге на службе, с народом были в отношениях барина к крепостному. Пусть они даже и жили в деревне с мужиком. Мой фельдъегерь всю жизнь с ямщиками знался и ничего другого не признал в них, кроме достойного своего кулачища. Алеко и Онегин к России были высокомерны и нетерпеливы, как все люди, живущие от народа отдельной кучкой, на всем на готовом, то есть на мужичьем труде и на европейском просвещении, тоже им даром доставшемся.

...

Примечания

...

В черновом автографе пушкинской речи после слова «страдальцах» было вписано: «в этих свободных и страдающих душах» (стр. 286). В февральском выпуске «Дневника писателя» за 1877 г., говоря о требующих свободы «современных мыслителях» («... мыслители провозглашают общие законы...»), Достоевский утверждал: «...а свобода эта ведет огромное большинство лишь к лакейству перед чужой мыслью...» (наст, изд., т. XXV, стр. 47).

...

Стр. 141. . . .(а не южная или не французская какая-нибудь). . . — Современники усматривали в этих словах намек на возлюбленную Тургенева Полину Виардо-Гарсиа. К. А. Тимирязев, слушавший пушкинскую речь, вспоминает: «Уставившись своими злобными маленькими глазками на Тургенева, поместившегося под самой кафедрой и с добродушным вниманием следившего за речью, Достоевский произнес следующие слова: „Татьяна могла сказать: «Я другому отдана и буду век ему верна», потому что она была русская женщина, а не какая-нибудь француженка или испанка"» (К. А. Тимирязев. Наука и демократия. М., 1920, стр. 370).

...

Стр. 149. ...откуда взялись наши «скитальцы»... — Речь идет о следующем месте статьи Градовского: «...нельзя не признать большой заслуги г-на Достоевского в том, что он установил историческую связь между типом, созданным впервые Пушкиным в Алеко, и теми типами „скитальцев", которые так художественно были выведены авторами „Кто виноват?", „Рудина" и др. Но остается объяснить, откуда взялись эти „скитальцы•*, эти мученики, оторванные от народа?» (Г, 1880, 25 июня, № 174).

...

Tags: Достоевский
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments