papalagi (papalagi) wrote,
papalagi
papalagi

Categories:

Поль Мишель Фуко (1926—1984) Ранние работы Спб 2015

Научное исследование и психология (1957)
...Таким образом, с помощью методов, подтверждающих друг друга и нагромождающихся как воображаемая конструкция над виртуальной практикой, исследование поверяет свои возможности. Наиболее показательным примером здесь является психометрия и вообще техника тестирования: психометрические исследования используются как вероятностная диагностика, и их валидность всегда должна прямо или косвенно подтверждаться другими тестами, уже прошедшими проверку при сопоставлении с конкретным опытом и результатами, полученными в наличной ситуации; но эта эмпирическая валидизация с самого начала показывает, что процесс исследования заимствует свою позитивность лишь у опыта, еще не являющегося психологическим, и что возможности его приложения заранее заданы экстра-психологической практикой, вырабатывающей свои критерии лишь в рамках самой себя.

Психологическое исследование является, стало быть, теоретическим обслуживанием практики, которая, в свою очередь, дабы это исследование обладало высокой валидностью, не должна в нем нуждаться. Отношение клинической психологии к медицинской практике ограничивается следующей формулой: она снабжает уже сложившуюся практику методическими усовершенствованиями, валидность которых подтверждается тем, что медицинская клиника может достигнуть тех же результатов и без них.

Теперь мы можем оценить масштабы того круга парадоксов, в котором вращается психологическое исследование: оно развивается в пустом пространстве невозможности реальной практики и связано с этой практикой лишь отрицательными связями, но тем самым оно имеет оправдание лишь если демонстрирует возможности этой практики, к которой у него нет доступа, и таким образом оно развертывается под знаком позитивности, право на которую оно отстаивает: «позитивность», которой оно не может ни обладать само, ни заимствовать у той почвы, где вызревает, поскольку появляется вследствие самого отсутствия практики, но которую оно вынуждено тайком требовать от практики, исключающей его и развивающейся в тотальном равнодушии к научной психологии.

...Врачи, оставаясь глухими к психологии, защищают только свою технику, свою профессию и свой ежедневный хлеб; то, защитниками чего они стали, — это болезнь как патологический феномен; они защищают болезнь как вещь, как свою вещь.

...Приведем пример из психологии труда. С одной стороны, она по сути занимается проблемами профориентации и профотбора, а с другой — проблемами индивидуальной адаптации к должности, профессии, рабочей группе и производству. Но совершенно очевидно, что этот комплекс проблем обретает значимость, эти вопросы, в строгом смысле слова, обретают существование лишь в определенных экономических условиях и исходя из таковых. Ориентирование и профотбор обретают реальность лишь в условиях безработицы и нивелирования специализации на рабочих местах. Только режим полной занятости, связанный с промышленной техникой, требующей высокого уровня специализации работника (что до настоящего времени противоречит нашей экономике, где полная занятость всегда базируется на массовом использовании неквалифицированной рабочей силы), только этот режим может отвести место психологической практике, напрямую связанной с научным исследованием. Без этого для нас мифического условия, ориентирование и профотбор имеют лишь смысл дискриминации. Что касается исследований, затрагивающих адаптацию индивида к условиям труда, они, в свою очередь, связаны с экономическими проблемами производства, перепроизводства, стоимости рабочего времени и распределения прибыли.

...Но не только практика психологии становится инструментом экономики, сама психология становится мифологией в человеческом масштабе. В то время как физика или биология, чье развитие и применимость определяются экономическими и социальными причинами, всегда
остаются физикой и биологией, психологические методы вследствие определенных условий утрачивают свою валидность, свой смысл и свой психологический фундамент; они перестают существовать как прикладные по отношению к психологии, и психология, под именем которой они представляются, создает лишь мифологию их истинности. Физические, химические и биологические техники могут использоваться и, следовательно, «приспосабливаются к любому смыслу»; но психологические методы по своей природе, как и сам человек, могут отчуждаться.

...Исследование стало научным и практическим основанием существования психологии, социальным и историческим смыслом существования психологов. Сейчас психолог — это исследователь. Чего? Того, что еще не охвачено другими, ибо вы исследуете не чтобы найти, но чтобы исследовать, чтобы проводить исследования, чтобы быть исследователем. Поэтому ведутся исследования, исследования вообще, исследования чего угодно — неврозов у крысы, статистической частоты гласных в английском переводе Библии, сексуальной жизни провинциалок, в особенности из lower middle class, кожного сопротивления, кровяного давления и ритма дыхания во время прослушивания Симфонии псалмов. Исследования большой дороги и мелких пересечений, исследования сумок и связок.*

* Поскольку настоящая статья не ставит задачи вступать в полемику, мы не воспроизводим точных названий проводящихся исследований. Но так как мы ставим критическую цель, искажения действительных названий допущены исключительно из вежливости и не меняют их сути.

Tags: Болезни систем, Врачи, Государство, Манипуляция, Мишель Фуко, Наука, Обман, Управление
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments