March 5th, 2019

Шахматист

Лосев Алексей Федорович (10 (22) сентября 1893 — 24 мая 1988) История античной эстетики т. 8.

Общая характеристика истории античной эстетики

Общинно-родовая формация

Примерный систематический обзор философских результатов общинно - ρодовой формации.

Общинно-родовая формация знает вполне земного человека и коллектив людей, связанных родственными отношениями. Это значит, что то мышление, которое возникает в дальнейшем
на основе такой формации, будет иметь своим предметом 1) материальную, то есть пространственно-временную вещь, 2) живую, 3) одушевленную и 4) мыслящую и мыслимую, но только в пределах родовых отношений. Назовем эту особенность первобытно-коллективистического мышления, о которой мы сейчас сказали, общим термином I. соматизм (от греческого слова soma, что значит «тело»). Живое и одушевленное тело человека, мыслящего на основании, при помощи и в целях общинно-родового коллектива, — вот основной предмет античного мышления, поскольку и насколько оно находилось под влиянием общинно-родовой формации.

Ясно прежде всего то, что вне родовой общины здесь ничего не мыслится, что она обнимает собою решительно все и что это все существует и само по себе и во всех своих проявлениях. Если мы хотя бы на краткое время представим себе в раздельно-понятийном виде тогдашнее понимание общекосмической структуры, то, конечно, здесь нам придется употребить позднейший философский термин «всеединство». Родовая община безраздельно существует везде и всем управляет, так что каждый член этой общины есть он сам; и в то же время он есть не что иное, как одно из проявлений общего родового коллектива.

Но тут нам остается формулировать еще одну особенность общинно-родового сознания, которая вытекает из того, что родовая община не знает ничего, кроме себя, что она сама себя создает и сама собою управляет. Это — V. самообоснованность чувственно-материального космоса как предельного обобщения общинно-родовой жизни.

Эти две особенности общинно-родового космоса, то есть его сверхрефлективность и, с другой стороны, его мифологичность, являются, по-видимому, завершительной характеристикой всех первобытных космических представлений вообще, включая не просто представление о космосе в целом, но и его внутреннюю жизнь. Мифы — это внутренняя жизнь чувственно-материального космоса в его общинно-родовом понимании. И самое главное, здесь перед нами не только внешняя и не только внутренняя жизнь космоса, но его самообоснованность, его ни на что другое несводимый абсолютизм.

Шахматист

Достоевский Федор Михайлович (11 ноября 1821 — 9 февраля 1881) ПСС Т. 30 (I)

Письма


737. Неустановленному лицу
27 марта 1878. Петербург

Представьте себе, что ребенок Ваш, выросши до 15 или 16 лет, придет к Вам (от дурных товарищей в школе, например) и задаст Вам или своему отцу такой вопрос: «Для чего мне любить Вас и к чему мне ставить это в обязанность?». Поверьте, что тогда Вам никакие знания и вопросы не помогут, да и нечего совсем Вам будет отвечать ему.

Заметьте еще, что Вам может показаться Ваш круг действия малым и что Вы захотите огромного, чуть не мирового круга действия. Но ведь всякий ли имеет право на такие желания? Поверьте, что быть примером хорошего даже и в малом районе действия — страшно полезно, потому что влияет на десятки и сотни людей. Твердое желание не лгать и правдиво жить смутит легкомыслие людей, Вас всегда окружающих, и повлияет на них. Вот Вам и подвиг. И тут можно страшно много сделать. Не ездить же, бросив всё, за вопросами в Петербург в Медицинскую Академию или шататься по женским курсам. Я этих вижу здесь каждый день: какая бездарность, я Вам скажу! И даже становятся дурными людьми мало-помалу из хороших. Не видя деятельности подле себя, начинают любить человека по книжке и отвлеченно; любят человечество и презирают единичного несчастного. скучают при встрече с ним и бегают от него.

Но довольно, написал много, устал, а сказал мало, так что, конечно, Вы меня не поймете.

Петр Великий мог бы оставаться на жирной и спокойной жизни в Московском дворце, имея 11/2 мильона государственного доходу, и. однако ж. он всю жизнь проработал, был в труде и удивлялся, как это люди могут не трудиться.

Collapse )


Дело в том, что эта книга в романе у меня кульминационная, называется «Pro и contra», а смысл книги: богохульство и опровержение богохульства. Богохульство-то вот это закончено и отослано, а опровержение пошлю лишь на июньскую книгу. Богохульство это взял, как сам чувствовал и понимал, сильней, то есть так именно, как происходит оно у нас теперь в нашей России у всего (почти) верхнего слоя, а преимущественно у молодежи, то есть научное и философское опровержение бытия божия уже заброшено, им не занимаются вовсе теперешние деловые социалисты (как занимались во всё прошлое столетие и в первую половину нынешнего). Зато отрицается изо всех сил создание божие, мир божий и смысл его. Вот в этом только современная цивилизация и находит ахинею. Таким образом льщу себя надеждою, что даже и в такой отвлеченной теме не изменил реализму. Опровержение сего (не прямое, то есть не от лица к лицу) явится в последнем слове умирающего старца. Меня многие критики укоряли, что я вообще в романах моих беру будто бы не те темы, не реальные и проч. Я, напротив, не знаю ничего реальнее именно этих вот тем...

Если напишете мне хоть полсловечка, то сильно поддержите дух мой. Я и зимой к Вам приезжал дух лечить.
Пошли же Вам бог спокойствия мысли — больше этого пожелания я не знаю, чего бы еще можно пожелать человеку в наши дни.

785. Н. А. Любимову
11 июня 1879. Старая Русса

И всё это будто бы у них во имя любви к человечеству: «Тяжел, дескать, закон Христов и отвлеченен, для слабых людей невыносим» — и вместо закона Свободы и Просвещения несут им закон цепей и порабощения хлебом.
...

Шахматист

Институт Дальнего Востока РАН Духовная культура Китая : Энциклопедия : в 6 т. т. I

Философия

Чжи—син — «знание—действие».

Терминологич. оппозиция, выражающая соотношение двух специфич. категорий кит. философии: чжи [2] — «[действенное] знание» («сознание, познание, разумность, мудрость, понимание, видение») и син [3] — «[сознательное] действие» («деятельность, активность, поступок; осуществлять, идти»),

Понятие вэй [1] является родовым для ши [3] и син [3]. Определение обоих терминов, аналогичные трактовки к-рых представлены в «Лунь юе», «Цзо чжуани», «Гуань-цзы», «Мэн-цзы» (см. Мэн-цзы) и др. памятниках V—III вв. до н.э., дано у Сюнь-цзы (IV—III вв. до н.э.): «Действовать (вэй [1]), сверяясь с пользой/выгодой, — это называется делом (ши [3]); действовать, сверяясь с должной справедливостью, — это называется действием (син [3])».

Легисты (см. Легизм) противопоставили конф. трактовке син [3] сопряженность этого понятия с «пользой/выгодой»: «Если, действуя (син [3]), [люди] не обогащаются, то рождаются смуты» («Шан цзюнь шу», IV—III вв. до н.э.).

Нормативную формулу их соотношения дал Чжу Си: «Если говорить о предшествующем и последующем, то знание — это предшествующее. Если говорить о малозначительном и важном, то действие — это важное».

Collapse )

Постепенная смена целых (ян [1]) и прерванных (инь [1]) черт гуа [2] в последовательности Фу-си подчинена той же закономерности, что и смена знаков 1 и 0 в обозначении натурального ряда чисел в двоичной арифметике, лежащей в основе всех совр. компьютерных программ. Создатель двоичной арифметики Лейбниц был знаком с системой «Чжоу и» благодаря переписке с франц. иезуитом-миссионером Ж. Буве и усматривал в ней свидетельство Божьего промысла, осуществившегося в Китае на несколько тысячелетий раньше, чем в Европе.

...

Шахматист

Sir Winston Leonard Spencer-Churchill (30 ноя 1874 - 24 янв 1965) The world crisis (1923)

CHAPTER V
THE GERMAN NAVY LAW
1912

The Admiralty yacht Enchantress was now to become largely my office, almost my home; and my work my sole occupation and amusement. In all I spent eight months afloat in the three years before the war. I visited every dockyard, shipyard and naval establishment in the British Isles and in the Mediterranean and every important ship. I examined for myself every point of strategic importance and every piece of Admiralty property. I got to know what everything looked like and where everything was, and how one thing fitted into another. In the end I could put my hand on anything that was wanted and knew thoroughly the current state of our naval affairs.

As I saw the Fleet for the first time drawing out of the haze a friend reminded me of l that far-off line of storm-beaten ships on which the eyes of the grand Army had never looked but which had in their day ' stood between Napoleon and the dominion of the world.'

For consider these ships, so vast in themselves, yet so small, so easily lost to sight on the surface of the waters. Sufficient at the moment, we trusted, for their task, but yet only a score or so. They were all we had. On them, as we conceived, floated the might, majesty, dominion and power of the British Empire. All our long history built up century after century, all our great affairs in every part of the globe, all the means of livelihood and safety of our faithful, industrious, active population depended upon them.

Open the sea-cocks and let them sink beneath the surface, as another Fleet was one day to do in another British harbour far to the North, and in a few minutes — half an hour at the most — the whole outlook of the world would be changed. The British Empire would dissolve like a dream; each isolated community struggling forward by itself; the central power of union broken; mighty provinces, whole Empires in themselves, drifting hopelessly out of control and falling a prey to others; and Europe after one sudden convulsion passing into the iron grip and rule of the Teuton and of all that the Teutonic system meant. There would only be left far off across the Atlantic unarmed, unready, and as yet uninstructed America to maintain, single-handed, law and freedom among men.

Шахматист

Иван Петрович Павлов (14 (26) сентября 1849 — 27 февраля 1936) ПСС Т. 3, кн. 2. — 1951

Двадцатилетний опыт объективного изучения высшей нервной деятельности животных (1903—1922 гг.) Добавление к пятому изданию (1932 г.)

LIII. Физиология высшей нервной деятельности

Доклад на XIV Международном физиологическом конгрессе в Риме 2 сентября 1932 г.

Основная физиологическая функция больших полушарий во все время дальнейшего индивидуального существования и состоит в постоянном присоединении бесчисленных сигнальных условных раздражителей к ограниченному числу первоначальных, прирожденных безусловных раздражителей, иначе говоря — в постоянном дополнении безусловных рефлексов условными. Таким образом объекты инстинктов дают себя знать организму все в больших и больших районах природы, все более и более разнообразными как мельчайшими, так и более сложными знаками, сигналами, и, следовательно, инстинкты все полнее и совершеннее удовлетворяются, т. е. все вернее сохраняется организм среди окружающей природы.

В окончательном результате большими полушариями собаки постоянно производится в разнообразнейших степенях как анализирование, так и синтезирование падающих на них раздражений, что можно и должно назвать элементарным, конкретным мышлением. Это мышление, таким образом, обусловливает совершенное приспособление, более тонкое уравновешивание организмом окружающей среды.

Collapse )

А окончательное понимание дела получилось только благодаря специальному исследованию. Мы брали (Выржиковский и Майоров) один помет щенков и делили его: одну половину держали с самого рождения в клетке, другой — предоставлялась полная свобода. Все животные первой группы оказались чрезвычайно трусливыми, тормозимыми малейшими изменениями обстановки, у вторых этого не было. Стало очевидным, что впервые появившиеся во внешнюю среду щенки были снабжены специальным рефлексом, который иногда назывался паническим рефлексом и который я предложил бы назвать первичным и временным рефлексом естественной осторожности. Раз только начинается знакомство с новой средой, неизбежно выжидать некоторое время последствий: всякого нового раздражения, какого бы рецептора оно ни касалось, т. е. воздерживаться от дальнейшего движения, тормозить существующее движение, так как неизвестно, что сулит новое явление организму: нечто вредное или полезное, или оно без всякого значения. И лишь по мере постепенного ознакомления со средой этот рефлекс мало-помалу заменяется . новым специальным, исследовательским рефлексом и, смотря по результату этого последнего, другими соответствующими рефлексами. Щенок, которому не была дана возможность пройти самому эту жизненную школу, на очень долгий срок, а может быть и на всю жизнь, остается с этим неизжитым временным рефлексом, который постоянно и маскирует истинную силу нервной системы. Какой важный педагогический факт! Верный признак этой незаконно остающейся черты, помимо противоречия ее во многих случаях с другими стойкими прирожденными чертами, — это тормозящее действие не столько специально сильных раздражений, а именно новых, как бы они ни были слабы сами по себе (Розенталь, Петрова).

...