March 1st, 2019

Шахматист

Лосев Алексей Федорович (10 (22) сентября 1893 — 24 мая 1988) История античной эстетики т. 8.

Неоплатонизм латинского Запада

Эпоха синкретизма. Падение и гибель античности

Гностицизм

Валентин и его школа

Плерома, а) «Плерома» по-гречески значит «полнота». Она противоположна кеноме, а «кенома» значит «пустота». Учение Валентина есть изображение плеромы и кеномы, включающее в себя различные способы их объединения. Плерома, по Валентину, представляет собою картину постоянно возникающих пар противоположностей. Каждая противоположность носит у него характерное название «эона». «Эон» по-гречески значит «вечно сущее». А так как у греческих философов по причине конкретности их мышления вместо отвлеченного понятия, выраженного существительным, часто употреблялся средний род прилагательного, то эоны Валентина являются сразу и логическими категориями, то есть типами вечности, и живыми существами, то есть мифологическими персонажами. Это делает несомненно наличную здесь диалектику какой-то поэмой универсальных живых существ, причем такого рода живые существа и делают эту диалектику поэтическим произведением, и лишают ее логической ясности и точности.

ну... ведь и Слава Кэпээсс тоже оказался не человеком...

Collapse )

Но для этого христианству необходимо было показать, что материя в своей основе вовсе не есть та плохая материя, которой она стала в результате мирового грехопадения. Христианство хотело доказать, что материя тоже способна быть богом, причем именно наивысшим и абсолютным божеством, то есть божеством в его личностной субстанции. Отсюда — учение о богочеловеке Христе, который является и Богом по своей субстанции, и материей тоже по ее субстанции, то есть является богочеловеком. Ничего подобного — у Валентина.

...

Шахматист

Достоевский Федор Михайлович (11 ноября 1821 — 9 февраля 1881) ПСС Т. 29 (II)

Письма

583. А. Г. Достоевской
7 (19) июня 1875. Эмс

В теперешней квартире моей не совсем хорошо: под окном, в спальне моей, в доме рядом — мастерская, слесаря и лудильщики встают раньше 5 часов и начинают стучать молотками. Два дня сряду пробуждался я в 5 часов утра. Я жаловался хозяевам; хозяин ходил просить, чтоб начинали работу в 6 часов, но зато днем опять-таки целый день без остановки тик-тик, сдуреешь совсем и нервы расстраиваются.

...

585. А. Г. Достоевской
13 (25) июня 1875. Эмс

Встречаю довольно часто императора Вильгельма на водах. Он очень прост и мил, красивый старик 80 лет, а кажется не более 60. Одевается по-штатски щеголем. В толпе сидела раз дама с стаканом, высокая и худая, лет 30, в черной очень измятой шали и в черном простейшем платье. Вдруг к ней подходит император, как к знакомой, проговорил с ней почти четверть часа и, прощаясь, снял ей шляпу и подал руку, которую та пожала как самому простейшему смертному, совершенно без особого этикетного реверанса. Это была какая-то герцогиня, из владетельного прежде роду, и богачка. А между тем казалась в толпе простушкой, и наши русские светские шлюхи, должно6 быть проходя, посматривали на нее с пренебрежением, а тут вдруг все разинули рты.

русские светские шлюхи...

588. А. Г. Достоевской
21 июня (3 июля) 1875. Эмс

Я здесь купил книжку об Эмсе и его водах, русскую, изданную в Петербурге прошлого года. В книжке этой, между прочим, высоко ценятся некоторые мнения моего доктора Орта об эмском лечении. Говорится тоже и о вреде слишком долгого и большого питья вод. Но особенно упоминается о мнении врачей (по свидетельству бесчисленных примеров), что часто весьма бывает так, что больные, кончив курс, не только не чувствуют большого или даже заметного облегчения, но, напротив, некоторые так чувствуют себя даже хуже в сравнении с тем, как приехали, и только впоследствии, несколько месяцев спустя, уж зимой, начинают чувствовать нередко огромное облегчение и благословляют судьбу, что съездили в Эмс: Я могу засвидетельствовать несомненно, что то же самое случилось со мною после поездки в Эмс прошлого года. Не будет ли так же и в нынешнем году? А если такова моя природа, то не тем ли объяснять, что я до сих пор, пролечившись уже 3 недели, особенного облегчения не замечаю никакого.

Сосед мой — русский жид, и к нему ходит множество здешних жидов, и всё гешефт и целый кагал, — такого уж послал бог соседа. Об здешних новостях решительно ничего не имею написать: всё по-прежнему, всё мне надоело, ни одного знакомого, всё та же пестрая многоязычная толпа. Два дня было жару, а сегодня опять дождь.

Шахматист

Институт Дальнего Востока РАН Духовная культура Китая : Энциклопедия : в 6 т. т. I

Философия

Цзи [1]

В кит. буддизме самодвижение всего сущего было возведено к «перводвигателю будды» (фо цзи); а в учении основателя школы тяньтай (тяньтай-цзун) Чжи-и (VI в.) термин цзи [1] стал обозначать «ментальные способности» и впоследствии превратился в одну из важнейших категорий буд. психологии.

В фундамент неоконфуцианства лег тезис Чжан Цзая (XI в.): «В коловращении вещей всякое движение определяется перводвигателем, и если говорится о последнем, то движение исходит не извне».

Единство «организма» и «механизма» в семантике цзи [1] сказалось в своеобразии трактовок кит. мыслителями кон. XIX — нач. XX в. зап. представлений о созидательных силах природы. Напр., по Сунь Ят-сену, «биоэлементы создают людей и тьму вещей», подобно тому как люди создают вещи; «птицы — это созданные биоэлементами летательные механизмы (цзи [1])»

Цзи—ван — «память/запись» — «забвение/отрешенность».

...

Цзи [3] — термин кит. философии, имеющий собств. значение «запись» и функционально соответствующий понятию «память».

...

Отсюда можно предположить три варианта этимологич. смысла производного иероглифа цзи [3]: 1) запись слов, связанная с какими-то важными циклич. явлениями (в паре с 5-м знаком своего цикла цзи [10] символизирует центр, что прежде всего отмечено в «Шо вэнь цзе цзы», а ранее в «Ли цзи» — «Записки о благопристойности»); 2) запись слов коленопреклоненным писцом; 3) связывание или привязывание слов. Последний кажется наиболее вероятным, тем более что в «Шо вэнь цзе цзы» иероглиф цзи [3] определен как «истолкование» (шу [6]), т.е. привязанный текст.

Платоновское противопоставление памяти и письма было невозможным для кит. философов, поскольку письмо для них являлось непосредств. действительностью памяти. Весьма показателен, напр., контекст из «Шу цзина» («Канона писаний»), привлеченный толково-энциклопедич. словарем «Цы хай» («Море слов») для объяснения того значения иероглифа цзи [3], благодаря к-рому он переводится на рус. яз. словами «помнить», «запоминать» и т. п. В гл. 5 «Шу цзина» говорится: «Нацелиться — чтобы выявить (мин [3]) это. Наказать — чтобы цзи [3] это. Делать записи — чтобы знать (или: делать записи — в анналы)». Здесь, во-первых, запоминание не мыслится отдельно от письменной фиксации. Во-вторых, наиболее точный рус. эквивалент знака цзи [3] — выражение «знать впредь», поскольку передаваемый им в этом контексте смысл — «внушить, чтобы неповадно было».

Предельно ясным значение цзи [3] делает след. рассуждение из гл. 31 «Мо-цзы»: в древности совершенномудрые государи опасались, что бамбуковые дощечки с их записями сгниют и исчезнут, в результате чего «дети и внуки последующих поколений не смогут знать [записанного] впредь (цзи [3]), и посему вырезали это на блюдах и чашах, выгравировывали на металле и камне, дабы имело быть повторение этого». Очевидно, что иероглиф цзи [3] здесь означает не индивидуальную психич. способность восстановления прошлого, а социальную деятельность по формированию будущего, основанную на письменной фиксации «памяти впредь».

Е.В. Завадская (1977) в результате анализа терминов цзи [3] и ван [2], трактуемых как «память» и «забвение», сформулировала вывод об акцентуации первой в конф., а второго — в даосско-буд. философии.

...

Ван Ян-мин, осуществивший итоговый для традиц. кит. культуры синтез конфуцианства с даосизмом и буддизмом, перенес акцент на «благосмыслие» (лян чжи), к-рое постигает тончайшие признаки настоящего без обращения к прошлому и будущему, т.е. помимо «памяти» и «предвидения», и выступил с утверждением, что «запоминание» (цзи [3]) уступает «пониманию» (сяо [4]), а то, в свою очередь, — деятельному «выявлению» (мин [3]) собств. первосушности (бэнь ти; см. Ти-юн)» («Чуань си лу», цз. 3).

Цзинту-цзун — «школа Чистой земли». Др. назв. — лянь-цзун («школа лотоса»).

На взгляды Шань-дао большое воздействие оказала доктрина его учителя Дао-чо: «Повторяя имя, думаем о Будде», реализуемая в практике многократного, порой до сотен раз в минуту, повторения имени Амитабхи. Это вводило рецитирующего в состояние транса и позволяло ему «выйти из мирской пыли», приобщиться к «сиятельному телу Будды».

Привет от Ивана Петровича Павлова...

Шахматист

Sir Winston Leonard Spencer-Churchill (30 ноя 1874 - 24 янв 1965) The world crisis (1923)

Chapter III

The crisis of Agadir

1911

Upon the strength of Russia General Wilson spoke with great foresight, and the account which he gave of the slow mobilisation of the Russian Army swept away many illusions. It seemed incredible that Germany should be content to leave scarcely a score of divisions to make head against the might of Russia. But the British General Staff considered that such a decision would be well-founded. We shall see presently how the loyalty of Russia and of the Tsar, found the means by prodigious sacrifices to call back to the East vital portions of the German Army at the supreme moment. Such action could not be foreseen then, and most people have forgotten it now.

complete discord. The serious disagreement between the military and naval staffs in such critical times upon fundamental issues was the immediate cause of my going to the Admiralty. After the Council had separated, Mr. Haldane intimated to the Prime Minister that he would not continue to be responsible for the War Office unless a Board of Admiralty was called into being which would work in full harmony with the War Office plans, and would begin the organisation of a proper Naval War Staff. Of course I knew nothing of this, but it was destined soon to affect my fortunes in a definite manner.

I thought that the General Staff took too sanguine a view of the French Army. Knowing their partisanship for France, I feared the wish was father to the thought.

Germany once more proceeded to increase her armaments by land and sea. "It was a question," writes von Tirpitz, "of our keeping our nerve, continuing to arm on a grand scale, avoiding all provocation, and waiting without anxiety until our sea power was established and forced the English to let us breathe in peace." Only to breathe in peace ! What fearful apparatus was required to secure this simple act of respiration !

...