January 23rd, 2019

Шахматист

Лосев Алексей Федорович (10 (22) сентября 1893 — 24 мая 1988) История античной эстетики т. 7.

Афинский неоплатонизм

Прокл

Наука, искусство, мораль и религия

Искусство

...

Вся подобного рода мифология, в основе своей, конечно, вполне гомеровская, даже по словам самого же Платона (114 d), отнюдь не обладает таким абсолютным значением, чтобы не могла быть заменена какой-нибудь другой мифологией. Но, помимо своих художественных качеств, она все же неопровержима, поскольку

является результатом истинного учения о душе и теле, о бессмертии души и о порочности ее состояния в земной и телесной области.

Ахилл страдает в Аиде и предпочитал бы быть батраком на земле, а не царем под землею. Это, конечно, ужасно. Но в этом виноват сам же Ахилл (Procl. In R. P. I 120, 10—12; 18—20). Геракл, например, всегда героически выполнявший волю Зевса на земле, взят живым прямо на небо (120, 12—18, с приведением гомеровских стихов Од. XI 602—603). И это тоже справедливо. А Одиссей, например, еще в своей земной жизни выбрал себе судьбу частного человека (Plat. R. Р. X 620 cd). А из этого видно, что вся земная жизнь, даже и самая ужасная, в основе своей вполне справедлива, поскольку она избирается самими же душами в их доземном существовании.

Таким образом, величайший поэт Гомер, какие бы мифы он ни изображал, всегда является глашатаем истины и толкователем истинной философии о соотношении идеальных и реальных сторон действительности.

...

Именно в своем комментарии на платоновское «Государство» Прокл ставит общий вопрос о том, что вообще нужно понимать под мифом. Прокл, прежде всего, критикует эпикурейца Колота за его отрицательное отношение к мифологии. По Колоту, Платон, вместо того чтобы заниматься наукой, пускается на разного рода выдумки и мифологические глупости, противореча в этом самому же себе и создавая рассуждения, непонятные толпе, а для ученых излишние (In R. Р. II 105, 23—106, 14).

Прокл выставляет против Колота несколько аргументов, отчасти опираясь на Порфирия. Порфирий учил, что если душа бессмертна и если существует провидение, то уже из одного этого вытекает традиционная мифология о загробных наказаниях (106, 14—23), и что ради своей проповеди справедливости Платон тоже соответствующим образом рисует загробную жизнь (106, 23—107, 5), и что поскольку уже и у Гераклита (В 123) «природа любит скрываться», то является вполне естественным и вообще выявление тайного и невидимого при помощи явного и видимого.

хм... рассуждение твое дураку непонятно, а умному не нужно...

границы...

...

Уже Аристотель (De an. Ill 3, 427 а 24—27), отчасти вслед за Платоном (Soph. 264 b, Phileb. 39 b), строго отличал фантазию от мнения, как совпадающего с чувственным восприятием, так и связанного с ним и отражающего эту чувственность. С другой стороны, фантазия, по Аристотелю, отлична также и от познания и ума, поскольку может быть и истинной и ложной (De an. Ill 3, 428 а 17—18), и вообще от мышления, поскольку животные могут иметь фантазию, но не иметь мышления. И вообще фантазия может быть связана и с чувственностью и с разумом (III 10, 432 а 9 — 433 b 31). Таким же образом Аристотель (III 3, 429 а 2) определяет фантазию как «движение, возникающее от ощущения в действии».

...

Но еще у Плотина фантазия расценивается не очень высоко. У этого философа она прежде всего противопоставляется мышлению (I 2, 5, 20; III 6, 4, 19—21; VI 8, 3, 7—16 и др.). Фантазия противопоставляется также и природе (IV 4, 13, 12): «Природа не обладает фантазией». Тут же проводится и традиционный взгляд о срединном положении фантазии между чувственным ощущением и мышлением (IV 4, 13, 13). Впрочем, у Плотина имеется суждение и о соединении мышления и ощущения в одном образе фантазии (IV 3, 30, 2—5): «Но если всякому мышлению сопутствует фантазия, то, пожалуй, поскольку подобного рода фантазия является образом (eiconos) мысли (dianoëmatos), постольку в результате ее пребывания, можно сказать, возникает и память о познанном».

Филострат (V. Ар. VI 19, р. 231, 1—3 Kays.) даже пишет: «Фантазия является более мудрым демиургом, чем подражание».

...

Дамаский (In Phaed. II 130, 1—5) пишет: «Почему Платон пользуется мифами для [своих] доказательств? Или потому... что душа любит мифы, сама будучи первым образом (eicön) и возникая вне пределов истинно сущего. Или же потому, что ум двояк; он, с одной стороны, — нестрадательный (apathês); a с другой — страдательный (pathêticos). И [Платон] сообразуется с каждым из них, ориентируясь в художественном построении (töi plasmati) на фантазию, а в скрытой Истине — на разум (pros ton logon)». Из этого текста видно, что фантазия, хотя и не является сама по себе истиной, тем не менее все-таки есть структурная оформленность истины. Следовательно, мы находим не просто чувственное понимание фантазии, но ту или иную ее оформленную образность.

ну да ну да... проявляя тайное, нужно его оформить... отсюда же - неверный формат данных - бич пророков...

...

Шахматист

Достоевский Федор Михайлович (11 ноября 1821 — 9 февраля 1881) ПСС Т. ХХVI

Дневник писателя

Ежемесячное издание

Год III

Единственный выпуск на 1880

Август

Глава вторая

Пушкин (очерк) Произнесено 8 нюня в заседании Общества любителей российской словесности

...

Ибо русскому скитальцу необходимо, именно всемирное счастие, чтоб успокоиться: дешевле он не примирится, — конечно, пока дело только в теории. Это всё тот же русский человек, только в разное время явившийся. Человек этот, повторяю, зародился как раз в начале второго столетия после великой петровской реформы, в нашем интеллигентном обществе, оторванном от народа, от народной силы. О, огромное большинство интеллигентных русских, и тогда, при Пушкине, как и теперь, в наше время, служили и служат мирно в чиновниках, в казне или на железных дорогах и в банках, или просто наживают разными средствами деньги, или даже и науками занимаются, читают лекции — и всё это регулярно, лениво и мирно, с получением жалованья, с игрой в преферанс, безо всякого поползновения бежать в цыганские таборы или куда-нибудь в места, более соответствующие нашему времени.

...

Он разом, самым метким, самым прозорливым образом отметил самую глубь нашей сути, нашего верхнего над народом стоящего общества.

...

Но бог судил иначе. Пушкин умер в полном развитии своих сил и бесспорно унес с собою в гроб некоторую великую тайну. И вот мы теперь без него эту тайну разгадываем.

как там было? тайна может быть открыта лишь тому, кто в состоянии сам её постичь...

...

Глава третья

Придирка к случаю. Четыре лекции на разные темы по повду одной лекции прочитанной мне г-ном А. Градовский. С обращением к г-ну Градовскому

I. Об одном самом основном деле

...

Я знаю: подъем духа парода нашего в последнюю войну, а тем более причины этого подъема, не признаются либералами, смеются они над этой идеей: «У этих, дескать, смердов собирательная идея, у них гражданское чувство, политическая мысль — разве можно это позволить?» И почему, почему наш европейский либерал так часто враг народа русского? Почему в Европе называющие себя демократами всегда стоят за народ, по крайней мере на него опираются, а наш демократ зачастую аристократ и в конце концов всегда почти служит в руку всему тому, что подавляет народную силу, и кончает господчиной. О, я ведь не утверждаю, что они враги народа сознательно, но в бессознательности-то и трагедия. Вы будете в негодовании от этих вопросов? Пусть. Для меня это всё аксиомы, и, уж конечно, я не перестану их разъяснять и доказывать, пока только буду писать и говорить.

...

Но к делу. Вы утверждаете, что Алеко убежал к цыганам от Держиморды. Положим, что это правда. Но хуже всего то, что вы-то сами, г-н Градовский, вполне убежденно признаете права Алеко на всю таковую брезгливость его: «Не мог, дескать, не убежать к цыганам, ибо уж слишком гадок был Держиморда». А я утверждаю, что Алеко и Онегин были тоже в своем роде Держиморды, и даже в ином отношении и похуже. Только с тою разницею, что я не обвиняю их за это вовсе, вполне признавая трагичность судьбы их, а вы их хвалите за то, что они убежали: «Дескать, такие великие и интересные люди могли ли ужиться с такими уродами?» Вы ужасно ошибаетесь. Вы вот сами выводите, что Алеко и Онегин вовсе не отрывались от почвы и вовсе не отрицали народную правду. Мало того: «Вовсе-де они и не горды были» — вот что вы даже утверждаете. Да тут гордость прямое, логическое и неминуемое последствие их отвлеченности и оторванности от почвы. Ведь не можете же вы отрицать, что они почвы не знали, росли и воспитывались по-институтски, Россию узнавали в Петербурге на службе, с народом были в отношениях барина к крепостному. Пусть они даже и жили в деревне с мужиком. Мой фельдъегерь всю жизнь с ямщиками знался и ничего другого не признал в них, кроме достойного своего кулачища. Алеко и Онегин к России были высокомерны и нетерпеливы, как все люди, живущие от народа отдельной кучкой, на всем на готовом, то есть на мужичьем труде и на европейском просвещении, тоже им даром доставшемся.

...

Примечания

...

В черновом автографе пушкинской речи после слова «страдальцах» было вписано: «в этих свободных и страдающих душах» (стр. 286). В февральском выпуске «Дневника писателя» за 1877 г., говоря о требующих свободы «современных мыслителях» («... мыслители провозглашают общие законы...»), Достоевский утверждал: «...а свобода эта ведет огромное большинство лишь к лакейству перед чужой мыслью...» (наст, изд., т. XXV, стр. 47).

...

Стр. 141. . . .(а не южная или не французская какая-нибудь). . . — Современники усматривали в этих словах намек на возлюбленную Тургенева Полину Виардо-Гарсиа. К. А. Тимирязев, слушавший пушкинскую речь, вспоминает: «Уставившись своими злобными маленькими глазками на Тургенева, поместившегося под самой кафедрой и с добродушным вниманием следившего за речью, Достоевский произнес следующие слова: „Татьяна могла сказать: «Я другому отдана и буду век ему верна», потому что она была русская женщина, а не какая-нибудь француженка или испанка"» (К. А. Тимирязев. Наука и демократия. М., 1920, стр. 370).

...

Стр. 149. ...откуда взялись наши «скитальцы»... — Речь идет о следующем месте статьи Градовского: «...нельзя не признать большой заслуги г-на Достоевского в том, что он установил историческую связь между типом, созданным впервые Пушкиным в Алеко, и теми типами „скитальцев", которые так художественно были выведены авторами „Кто виноват?", „Рудина" и др. Но остается объяснить, откуда взялись эти „скитальцы•*, эти мученики, оторванные от народа?» (Г, 1880, 25 июня, № 174).

...

Шахматист

Вернадский Владимир Иванович (1863—1945) Философские мысли натуралиста. Москва «Наука» 1988

Вернадский Владимир Иванович (1863—1945) Философские мысли натуралиста. Москва «Наука» 1988

Несколько слов о ноосфере

...

Здесь перед нами встала новая загадка. Мысль не есть форма энергии. Как же может она изменять материальные процессы? Вопрос этот до сих пор научно не разрешен. Его поставил впервые, сколько я знаю, американский ученый, родившийся во Львове, математики и биофизик Альфред Лотка. Но решить его он не мог.

Как правильно сказал некогда Гёте (1742-1832) - не только великий поэт, но и великий ученый, - в науке мы можем знать только, как произошло что-нибудь, а не почему и для чего.

Эмпирические результаты такого "непонятного" процесса мы видим кругом нас на каждом шагу.

...

Пережитое и передуманное

Предисловие - Э. Галимов

...

Сегодня, когда мы старательно выявляем приоритетные направления в науке и хотим определить ее развитие, по нашему сегодняшнему логическому разумению, полезно иметь в виду одно высказывание В. И. Вернадского. Он писал: «Новые науки, которые постоянно создаются вокруг нас, создаются по своим собственным законам, эти законы не стоят ни в какой связи ни с нашей волей, ни с нашей логикой. Наоборот, когда мы всматриваемся в процесс зарождения какой нибудь новой науки, мы видим, что этот процесс не отвечает нашей логике. Ход истории и развития науки, ход выяснения научной истины совершенно не отвечают тому ее ходу, который, казалось бы, должен был бы осуществляться по нашему логическому разумению».

...

Шахматист

Институт Дальнего Востока РАН Духовная культура Китая : Энциклопедия : в 6 т. т. I

Институт Дальнего Востока РАН Духовная культура Китая : Энциклопедия : в 6 т. т. I

Философия

...

Мэн-цзы («Учитель Мэн»), Мэнций, Мэн Кэ, Цзы-юй. 372/71 или 390/89 — 289 или 305 до н.э.

...

Универсальным субстратом как деятельного, так и познавательного взаимодействия субъекта с объектом у Мэн-цзы выступает воздухоподобная «пневма» (ци [1]), представляющая собой единую духовно-телесную динамич. субстанцию всего мироздания и человека как целостного психофизич. существа. «Пневма» — это и оживляющий природу «ровный утренний воздух» (пин дань чжи ци), и «наполнитель тела» (ти чжи чун), и подчиняющийся «воле» (чжи [3]), возрастающий от «накопления должной справедливости» (цзи и) и соответствия Пути-дао «необъятный дух» (хао жань чжи ци), простирающийся между небом и землей («Мэн-цзы», VI А, 8; II А, 2).

...

Гл. водораздел между людьми обусловлен состоянием их «сердца» (синь [1]), т.е. психики: «Не имея постоянного имущества, иметь постоянное сердце способны только образованные служилые (ши[13]), [простой] же народ, не имея постоянного имущества, не имеет и постоянного сердца», поэтому для нормального существования об-ва необходимо первичное разделение труда на умственный и физич., трактуемое как разделение на руководителей, осуществляющих «дела больших людей» (да жэнь чжи ши), и подчиненных, осуществляющих «дела малых людей» (сяо жэнь чжи ши): «Некоторые напрягают сердце, а некоторые — [физич.] силу. Напрягающие сердце управляют [другими] людьми, а напрягающие [физич.] силу управляются [другими] людьми. Управляемые [другими] людьми кормят [других] людей, а управляющие [другими] людьми кормятся [другими] людьми. Такова в Поднебесной всепроницающая должная справедливость» («Мэн-цзы», I А, 7; III А, 3, 4).

...

Первым в конфуцианстве Мэн-цзы провел четкое разграничение между «мыслящим органом — сердцем», или «великим телом» (да ти), постигающим вещи, и «немыслящими органами — ушами и глазами», или «малыми телами» (сяо ти), увлекаемыми вещами и вводимыми ими в заблуждение («Мэн-цзы», VI А, 15). Отсюда следовала рекомендация «пестовать сердце» (ян синь) посредством «умаления желаний (юй [1])»: «Человек, имеющий мало желаний, хотя нечто теряет, но — мало. Человек, имеющий много желаний, хотя нечто сохраняет, но — мало» («Мэн-цзы», VII Б, 35)

...

Новое конфуцианство (синь жу-сюэ). Др. назв. — постконфуцианство (post-confuciamsm).

...

Началом существования нового конфуцианства как целого течения обычно считается творчество Лян Шу-мина, призвавшего вернуться к Конфуцию и, возродив его морально-антропологич. учение, решить проблемы будущего не только кит., но и всей мировой культуры. Важной для дальнейшего формирования идейных основ нового конфуцианства была дискуссия о науке и метафизике (1923), в ходе к-рой противники сциентистского течения, исходившего из всемогущества науки, обосновывали принципиальную невозможность распространения позитивистского подхода на проблематику моральной деятельности человека и ставили вопрос о создании альтернативы зап. ценностям посредством возрождения конф. теории.

...

Сань да юань жун — «полная гармония трех истин».

...

Истина пустоты трактовалась как абс. истина. Согласно ей, все вещи «установились» благодаря причинности, они пусты и не имеют своей природы. Эту истину называют также «истиной несуществования» (у ди). Истина условности (цзя ди, букв, «искусственная») понималась как условная, или мирская, истина. Содержание ее сводилось к тому, что все вещи хотя и признаются пустыми и не имеющими своей истинной природы, тем не менее не отрицаются как не существующие вообще или не имеющие абс. существования. Третья истина — чжун ди — называется также «высшей истиной срединного пути». С т.зр. этой истины все вещи рассматривались одновременно и как пустота, и как условность.

...

Вещи обладают условным существованием, т.к. они пусты, т.е. условность вещей определяется их пустотностью. И наоборот, они пусты, т.к. существование их условно, т.е. пустота вещей определяется их условностью. Оба этих аспекта неотделимы друг от друга и существуют одновременно, а это составляет содержание срединности.

...

Истинный вид сущего — это сосуществование абсолютного и условного. Иначе говоря, вне иллюзорного (феноменального) нет абсолютного (истинного).

...