November 1st, 2015

Шахматист

У русских нет закона, или о космической программе.

У русских нет закона, или о космической программе.

У русских нет закона, у них на всякий случай есть песня.
Это я вычитал где-то. Меня тогда еще мнение иностранных посетителей интересовало, вот я и читал всяки посольских, торговых да прочих разных, чего они в России разглядеть ухитрились.
Россия умела ставить себе задачи. И вот, новое время. Высокоточные скоростные посылки нами освоены. Граждан своих из узилищ выпускаем. Ристалищами и позорищами остастились. О храмах тоже позаботились.
Чем заняться еще русскому человеку?
Ну правильно. Космос.
Космическая программа.
И на Марсе будут яблони цвести.
Программа садоводства, в том числе и на Марсе.
В конце концов, мы рождены, чтоб сказку сделать былью.
И надо бы поторопиться. А не то там какую ни будь кока колу нарисуют.
А там должны прилетевших встречать яблоньки. Крыжовник тоже будет. Какая же дача без крыжовника?
Предлагаю России космическую программу озеленения Марса с первоочередным насаждением цветущих яблонь.
Перепост, дабы не забыть о приоритетах.
Шахматист

Ну, кто там смазал карту будня? Или алаверды поэту

Я сразу смазал карту будня,
плеснувши краску из стакана;
я показал на блюде студня
косые скулы океана.
На чешуе жестяной рыбы
прочёл я зовы новых губ.
А вы
ноктюрн сыграть
могли бы
на флейте водосточных труб?

Маяковский, говорите.
А ну-ка алаверды.

Оп чем тут автор? В будни пьет?
Он студень жрет, он рифмой пышет.

По мне - поэт - он мало пьет,
Он хмур, небрит, он редко пишет.
Он - чаще влет по слову бьет,
Их сочинит, и ими дышит.

Я не пишу.
Чего писать?
Когда и так давно понятно,
Что мне не будет сорок пять,
И дни не двинутся обратно.

Я не пишу.
О чем писать?
Отшелушились краски будня,
И мне не мнится океан
На блюде высохшего студня.

Я не пишу.
Кому писать?
Коварна краска из стакана.
Кто уж не пьет. Тот - сел опять,
Кто за свое, кто за Кораном.

Я не пишу.
А с кем писать?
Чью дружбу мне увековечить?
С кем жить? С кем спать? Кого искать?
Чем душу мне восчеловечить?