June 10th, 2012

Шахматист

Неоконченное, или любовь убивает без правил, или подвиг немыслимого русского.

Соразмерение любви.
Угостили тут.
Долг платежем красен.
Любовь убивает, в курсе?
Прикинь, шел по улице, гляжу упоротый, я принажал, а он догнал.
Ну?
Прикинь? И о любви заговорил.
Это я к чему.
Неверный формат передачи данных есть бич пророков.
И питательная почва для газет. А то, об чем писать?
Всех, кого надо, выбрали.
Кто надо - озадачен.
Всем - вольно!
Разойтись.
Ну.
Ну и вот. Представьте себе газеты, где эти только слова и есть.
Ну.
Ну и зачем?
Чего зачем?
Я позабыл.
И я не вспомнил.
Ну и отлично.
Ну и вот.
Ага.
История с фронта.
Но прежде чем, замечу. Толнулся в туалет. Идеей поделиться. Молодой мочится. Конь. Струя журчит. Делюсь. Закрой, говорит, сосредоточится мешаешь.
Дожили.
Нынешенее поколение требует сосредочения, чтобы поссать.
Жесть.
Рядовой состав развращен и распущен.
Раньше - иди еще разрешения испроси.
Да и теперь кое где.
Если кто-то, кое-где у нас порой, мирно жить не хочет.
Значит, с ними нам вести незримый бой.
Служба.
Дни и ночи.
Если вы считаете требования американских политкорректировщиков к содержимому масс медиа, вершиной жанра, вы не знакомы с советским творчеством.
Недостатков нет, и быть не может.
Требуется их вскрыть и уничтожить, не называя имен.
Расходимся по одному.
Мне по нраву молот 
Орудие труда и боя.
О, не упомню имени, благослави на труд и подвиг.
Труд, потому, что писать для меня это труд.
Я на службе, знаете ли, каждый день пишу.
Ну а что, кому то же надо писать.
Народ, лишенный письменности, обречен.
А писать я с детства не навидел.
И на видал.
Видал сассун, ваш энд гоу.
Это вы не пугайтесь, это из меня еще телевидение выходит.
Педик рипал.
Мы, когда в коммуне жили, на улице красных зорь, в одном свободном торговом городе, у нас телевизор был.
Ну а как же.
Ну и вот. И люди, я тогда с людьми жил, его смотрели. Причем, что меня очень отчетливо и до сих пор впечатляло и впечатляет, вполне добровольно, охотно, и, я бы даже сказал, пусть покажется это некоторым из моих собеседников, странным, с увлечением.
Преимущество зрелищ над смыслом являло себя впрямь еще тем, что из числа смотревших, понимал речь с экрана один только я, к чему я и вспомнил.
Педик рипал.
Тогда рекламировали по ихним каналам, как я сейчас понимаю, корм для собак, для меня в общем и целом идея покупки еды для собак всегда находилась за гранью, доступно моему скудоумию, но звали этот корм, или эту их фирму, тут я реально должен извиниться перед всеми теми ребятами и девчатами, что удумали бизнес, раскрутили процесс и делали эти все заявления в телевизоре, звали их педигри пал, типа друг этого питания. 
Наша публика восприняв звук на слух, переделала это в педик рипал, что и отложилось.
Зачем рассказал, не знаю, видимо, по врожденной привычки запутать следствие, да и время убить, куда его девать на пожизненном-то?
А про фронт вспомнил, это в разговоре скользнуло, тут был один живой человечек, ушел спать, насчет положения дел на разваливавшихся фронтах.
В каждом обреченном фронте принимают участие три вида сущностей.
Первые знают, что фронту каюк.
Вторые не знают, впрочем, это обычное их состояние.
Третьи всё  замутили.
Теперь, о любви.
Если чего, я сам тут вообще чего слабо соображаю.
Человека, предъявленного для опознания, знаю, но вспомнить, к сожалению, не могу.
Если чего, рад помочь.
Всегда с приветом, Вадик.
Все Вадимы. кстати, отличные мягкие, интеллегентные люди.
Был у нас, помню, один Вадим.
Студент шестого курса.
Туфли, костюм, носки в тон, блондин, в руках Литературная газета.
Добронравие, сдержанность, ум, спокойствие, аналитика.
Красавчик, приятно поговорить и полезно для пообщаться.
Мимо - крестьянский сын, чуб, румянец, глаза куда там Сереже, имени не назову, жив и любим, в том числе горячо, даже мною, несмотря на напор, простодушие и неудержимось, слава имени не упомню, о! вспомнил! Творец! Ну и вот. Однокурсник, и что вовсе трагично, шестой год и без перерывов и пауз, заметьте, одногрупник.
Походя - не затруднивши себя ни на миг ни на мысль - и, как и всегда и навечно, - точно, верно, и правильно, и неукротимо - вырывая газету из рук читавшего Вадима, дело происходил после лекций на Цветном, куда подтягивались оттянуться, комкая её разлапистой пятерней на ходу, ни теряя ни мгновения темпа, мимо - ждали его одного, швыряя ею в грудь убитого Вадика, - хватит читать прокламации, давай деньги!
Впрочем, бухнуть Вадим был тоже вовсе ведь не дурак.
А что до любви...
Любовь-то, ведь есть.
А слов нету...
Да и попустило, знаете ли, извините, если вдруг ни о чем показалось, запостил, а доступ забыл ограничить.
Но - о любви - главное, что пожалуй, хотелось бы донести, - любовь без правил и точности - убивает.
Возмите, к примеру, хирурга.
Вы же не пошли бы, к примеру, к специалисту, который бы делал в процессе ненужные движения скальпелем, с одной стороны, и не выполнял бы вовремя нужных действий, с другой?
Понятно, если бы у вас был бы выбор, это типа за кадром, потому, что, как правило, выбор у вас не велик, если Вы, конечно, не относитесь к пятипроцентной элите, но не суть, вывод ясен.
Если Вы столь естественно ограничили бы Ваш выбор, при операции, к примеру, по поводу, скажем, я извиняюсь перед реально страдающими геморроем людьми, по поводу этого самого геморроя, хирургом, который, с одно стороны не допустил бы - ВНИМАНИЕ - ни единого лишнего движения, произведя бы при этом - ВНИМАНИЕ - все движения необходимые, без пробелов и пропусков, то что же побуждает Вас в делах любви - а ведь, согласитесь, любовь, ведь гораздо важней геморроя, или это я такой престарелый романтик? так вот, что же побуждает Вас жить и работать с любовью - на свой страх и риск - без помощи специалистов и правил?
Подумайте.
Продолжение воспоследует.
Вот только отмечу окончание трудовой вахты - честно заслуженным коньяком.
Заодно и позавтракаю, в смысле, день завершу.
Закончен труд.
А подвиг - потому, что жить любовью - подвиг.
А к подвигу нужно готовится.
Опять же, где вы видели подготовку без понятий и правил?
Попробуй-ка опиши про любовь.
Немыслимо.
Но - попробуем.
На то и немыслимый русский.
Шахматист

За рюмкой чая, или о необходимости добровольного.

Пьянсто есть добровольное сумасшествие, объявил ясно полянский косарь.
И, как всегда обознался.
И, как обычно, не раз.
Во-первых, с чего это взял он, что пьянство есть действие добровольное?
Во-вторых, сам-то, что, образчик высшей духовности?
Ну да бог с ним, на русском писал, уже за одно это спасибо, от поклонов воздержимся.
Но, о рюмке.
Грешен, каюсь.
Но не сдаюсь.
Итак.
С чего же начнем нашу выпивку?
С воспоминаний?
С, собственно, выпивки?
С оправданий?
О нет.
Начинаем, и это единственный способ выжить с рюмкой, с закуски.
Но, сначала, употребим.
Итак.
Что мы имеем?
Что имели, давно и недавно уже растранжирили, раздарили и разбазарили, в их числе и армянский, не меньше, как двадцатилетний, и ориджинал от французов, соракалетный, не будем упоминать о вискарях, хотя об одном, о канадском, одномальтовом, каюсь, несколько сожалел, но, человек, для которого передарил, - не чета мне, достойный, реальный и уважаемый, есть за что, да и все остальные, кого оделял от щедрот пациентов, каждый, по-своем, чем-то, и где-то, а то и, нередко, и весь, в комплексе, мною любим.
И дай им всем Бог здоровья и благоденствия.
Но, отвлечемся-ка мы от письма, хватит уже писанины, приготовлю-ка, закусь, и употреблю.
Или, употреблю, а потом приготовлю.
Технический перерыв.
2-08 по  местному времени, а что, забавная идея, проведем-ка хронометраж.
Техника исполнения, это важно, человек, теоретически не готовый, действуя по-инструкции, имеет меньше шансов на гибель, и, соответственно, больше шансов на выживание, в делах со змием, это критично, ибо закон первой рюмки гласит - Ты всегда знаешь, где и когда и что пьешь, но вот где будет выпита рюмка последняя - вещь совершенно непредсказуемая, очень может быть, даже, я серьезно и очень за эту крамолу извиняюсь, и для Создателя, да пребудут дела Его с Ним.
Этим и мил мне русский стиль употребления алкоголя.
Итак.
Закуска.
Об этом чуть позже, но главное - все потребные ингредиенты должны быть подготовлены в нужных пропорциях для приготовления в трезвом виде.
Во избежание.
Это есть.
Налито.
Есть.
И, теперь - и это есть главное, в употреблении, верная мысль.
И мысль эта есть у меня.
За русского солдата.
Если бы не...
И без пафоса, если вы не испытывали чувства готовности лечь костьми, и быть вбитым и впаханным в эту землю, то дальше вы можете ничего не читать, и вообще можете не читать ничего на русском, это будет для вас лишним томлением духа безсвязного и туманного бытия.
И тем более, не будет дано вам ни пить, ни жить, ни быть правильно, верно, единственно, и по-русски.
Но, пора уже и начинать.
Приготовлено.
Налито.
Ща, сосредоточусь на мысли, отойду от новомодных моих кандалов.

02-24
Шахматист

Как ждет повеса молодой, или первый пошел.

Ох.
Отличный коньяк.
Тринадцатилетний, не менее чем, от одной, ах, одной маленькой, но очень гордой народности.
За них и будет второй тост.
Второй тост будет, и есть, и пребудет, простой и надежный, и верный, и правильный, - за Кавказ!
Кто понял, понял, разъяснять недосуг.
И третий тост ясен. За учителей.
За греков тоже, деваться некуда, компонент в закуске.
Теперь о закуске.
Ах.
Хорошо.
Пейте редко.
Никогда не пейте на сытый желудок.
Никогда не пейте на голодный желудок. За исключением, ясное дело, опохмела, но до этой закономерной трагедии и финала, еще, о, очередная победа надежды над опытом, будем надеятся, далеко.
Приходит и разворачивается, в этом суть винограда.
Правильное употребление - есть постижение жизни лозы.
Солнце впитанное, труд и пот, соль и смысл, жизнь и опыт, - всё это вместе и сразу, неуловимо и неудержимо впитывается вместе с грамотным коньяком.
Но к делу.
Мы же не просто тут так, мы инструкцию пишем.
Берется молодой бычок.
Из него берется вырезка, посылается на мясорубку, в моем случае, это грамм триста в наличии.
К мясу луковица, два серьезных зубца чеснока, sic! молодого чеснока, это критично, перца от души, sic! свежемолотого, и никак не иначе, две дессертные ложки масла оливы, отсюда и необходимость греков.
Лук и чеснок - через давилку, перец, фарш, масло, перемешиваем.
Черный хлеб. Бородинский, в моем случае, хороший, дай Бог хлеборобам здоровья.
Что еще.
О. 
Последний штрих - сверху опрыскать бальзамическим уксусом, чем старше уксус, и чем бальзамический, тем верней, собственно, это есть инверсия коньяка.
Закусываем.
Хронометраж - 2-51 - по субъективному времени - от приема напитка до закусывания - двадцать минут - оптимально - всё, что могло уже впиталось, всё, что могло, уже ушло, слизистые, уж извините за столько интимные подробности - раздражены и готовы впитаться, впиться, обладать.
Дай кишке еды. 
Шахматист

Третий пошел, или закусываем и вспоминаем, или о медицинских ошибках

Не будьте поспешны в суждениях.
Главный закон.
Отметим, в хирургии, как в космонавтике, нет неглавных законов.
Но этот, пожалуй, главней главного, главный же - будь милосерден, который, пожалуй, как и всё, что есть истинно главное, не заслуживал бы упоминания, если бы не парадокс.
Парадокс в том, что все и каждый, спрашивал и не устаю, и ответ один и другого мне не встречалось - каждый, из встреченных мной - милосерд.
И каждый, - за изьятием, соответственно, женщин, рабов и детей, - груб и привычно жесток, это не важно, что часто, по отношению, у людей честных, к себе самому, а потом уже к ближнему.
И здесь, пусть несет меня мысль, вновь и вновь сталкиваемся мы со здоровьем, а именно, с побочным эффектом ума, совершенства, здоровья.
Именно те,  кто более всех других, физически, социально, духовно, способны к любви, к милосердию, к помощи ближнему - именно эти, самые лучшие и благородные, самые умные и способные, самые развитые и здоровые - не учатся.
И это трагично.
Почему это так?
Потому, что с детства привыкли, дается им все, просто, легко, без труда, умеют они постичь и достичь, шутя и играючи, уровней, непостижимых натурам грубым, не столь соразмерным, а то и ущербным, больным и увечным.
И они отвыкают учиться.
Всё, что составляет предмет мечтаний не столь одаренных их сверстников, составляет привычный им фон бытия.
Делают они всех одной левой, а правую не упражняют.
Проходят годы.
Знаете ли, что бы вы не думали о них, как бы вы их не ценили и/или не обесценивали, годы проходят, такая их суть, проходит, лет тридцать, и что же мы видим?
Упорные, но обделенные ходят уверенно, превозмогая трудом недостачу, а одаренные же, но ленивые спят.
Не умеет ущербное измыслить полное, здесь предел совершенствованию черни, и умножается недостаток, зло, невежество и ущерб.
Сразу - и на все мои тексты - уничтожайте все и всяческие коннотации, связи, аллюзии и ассоциации, которые возникают в вашем воображении, ибо, до тех пор, пока есть у вас воображение, вы больны и не дееспособны, но об этом не своевременно.
Чернь есть отсутствие белого.
Не больше, не меньше.
В этом суть бытия, в этом суть хирургии, в этом суть лекаря, в этом - творец.
Не больше, не меньше.
Нет лишнего, но нет и недостающего.
В этом суть пьянки.
Итак.
Чего же мне не достает?
Третьей?
Одобрят ли учителя?
Но ведь отпуск.
Но ведь отмечен.
Ведь позван, и место мне есть.
Чего не хватает?
Правильно.
Не хватает мне собутыльника.
И, попутно, уходя в предрассветное, о! я неплохая удача уставшему, многодневному, издержавшемуся, со своими тремя стами граммов отличного.
Итак.
Пара копеек, вино, что еще?
Мясо съедено.
В шахматах - трое суток отсрочки, надеюсь, вовремя вспомню, если что.

Из прошлого -

Он бухал не один.
По округе шатался...
Всё сперва угощал.
Всё потом побирался...

Но, будем надеяться - будет коротким и продуктивным наше отстутствие, а если что, лихом не поминайте, до выхода на службу еще полных четыре недели, приключения впереди. Деньги, ключ, бутылка. Денег берем потяжельше, ключ один, внешний, на закуску - инжир от иранский братьев, ну, с Богом, и, до связи в мирах.)
Не закурить бы...
И, уже перед уходом, и, третью, - за учителей - обязательно, ща, ага, и полную, о! отмечает аналитик, о! ты уже жадничаешь, ну и что, можно, нам это можно, а ведь нельзя, шепчет разум, но, кто ж ему даст?
Что еще?
Дурак красное любит, бейсболка как раз того цвета, и от правильного человека, да и проще будет, заметил, в двух крайних эксцессах, отмечал в себе увлечение присвоением чужих головных уборов, так что пусть будет, хоть на первое время свой.)

апдейт - а ведь ты. указывает разум, прежде всего, решил, если уж припасть к лозе, не выходить из дому, поберечь свои кости, ведь недавно еще...
но кто же удержится?
суть русской водки - в беседе, в неторопливом, извечном, родном и своем, и пока недоступно мне опохмеление, могу, значит должен, опохмелить своего
засим и откланяюсь

пс - важно - если вы не желаете углубляться в запой - не спите первую ночь, это, при необходимости, сильно облегчит вам протрезвление, легче будет заснуть и выспаться
еще - не закусывайте на улице, возможно, вам придется столкнуться с суррогатами, и/или с иными повреждениями нутра, в этих случаях - пустая кишка - преимущество, в этом и был замысел первой закуски - белок, витамины, фитонциды, все это может оказаться полезным, в случае если
еще - лицам военного пола, не берите с собой оружия, щадите себя и окружающих, вообще, настройтесь и в свинстве на волну любви и защиты, думайте, пока есть еще чем....
но скальпелёчек я всёж таки прихвачу...
мало ли...
итак
третья, за Учителей
и, прощай разум, встретимся, если