September 22nd, 2010

Шахматист

Уроки немецкого. Из серии "Мальчики"

Осень.
Много в амбарах. Второе трезвое лето выдало свой урожай.
И вот, образовался некий блок, пул, как угодно назовите, который никак не вмещается ни в тему эксплуатации разума в полевых условиях, ни в тему здоровья кишки, ни в тему событийного гобелена реальности. Словом, некий архипелаг тем, которые можно обозначить, как "Мальчики".
И, так уж вышло, в моем непосредственном окружении есть один мальчик.
Он послужил уже основой для нескольких рассказов, в частности, он является главным персонажем рассказика "Солдат", я его запощу после вступления, а после вступления приступлю уже непосредственно к сборнику, получается это сборник - "Уроки немецкого".
Потому - сначала два поста - "Солдат" и вступление, потому - к урокам.
Немного терпения, тем, кто уже читал тексты, что мне выпало публиковать, знает - второго сорта у нас не бывает.
Шахматист

Уроки немецкого. Продолжение. Солдат.

Потерял рассказик, нашел через сеть.
Забавно, на поисковую строку "солдат убьет и съест кого хочет", яндекс прям две первые ссылки выдал на места первых внешних публикаций.
На хае тоже уже оказывается этот рассказик есть.
Но не суть.
Еще два слова.
Мне очень импонирует позиция Леонида ОМ в теме "Где детки этого набираются"
Каким то образом, по крайней мере, в моей реальности - эти темы неким образом совпадают.
Но к делу.
Рассказик

Солдат.

Если устами младенца глаголет истина,
кто мешает вам спросить у него?


Зима. Вечер. Сборы на прогулку перед ужином. На коридорном одевальном пятачке Мама (44 года 3 месяца, разведена), Папа (43года 2 месяца, разведен), двое детей, обычная при таких комиссиях свалка, стычки и гам. Процесс идет. На общем шумном фоне постепенный подъем тона двух голосов, переход всего этого в крики и спор.

Александр (3года 3месяца), - племянник Филиппа. - Я солдат!
Филипп (5лет 4 месяца). - Нет, я солдат!
А. – Нет, я солдат!
Ф. – Нет, я!

Легкая и довольно короткая схватка и колготня. Дальнейший разговор уже не носит характер спора за право быть в чем то единственным, незаменимым, главным, скорее это выяснение иерархических и физических позиций в семье.

Ф. – Давай будем оба солдата!
А. – Я – солдат!
Ф. – Мы – оба солдаты!
А. – Мы – оба солдаты!

Заявка на первое место в только что возникшей группе, как обычно подается от младшего, Александра, который безнадежно грубо, зримо ощущает неоспоримое физическое, информационное и иерархическое преимущество Филиппа, компенсирует свой гандикап напором и натиском в сочетании с постоянной сто процентной скандальной готовностью..

А. – Я – старший солдат!
Ф. – спокойно, с достоинством, - Я – младший солдат-ученик.

Ситуация привлекает внимание Папы.

П. – Филипп, а каким солдатом быть лучше? Старшим или младшим?
Ф. – Младшим.
П. – Почему?
Ф. – Потому, что он может учиться!

Процесс экипировки и отбора копательно - катательного снаряжения между тем завершен. Папа проходит в освободившееся пространство и встает перед младшим солдатом-учеником.

П. – Что ж, младший солдат-ученик, могу ли я проверить Ваши знания?
Ф. – Можете.
П. – Чему первому и самому главному должен научить старший солдат младшего? Первая и главная задача солдата на поле боя!
Ф. – без тени задержек и колебаний. – Главная задача солдата – выжить. – молчит пару секунд – добавляет – Выживание.
П. – Можно задать Вам второй вопрос?
Ф. – Задавайте.
П. – Какая вторая главная задача солдата на поле боя?
Ф. – Так же уверенно как на первый. – Поразить врага, уничтожить врага.
П. – Ваши ответы на два первых вопроса соответствуют уровню опытного рядового солдата, можно задать Вам вопросы следующего уровня.
Ф. – Продолжайте.
П. – Какая задача стоит перед солдатом третьей по важности?
Ф. – Пауза. Думает. – Сохранение собственного оружия.
П. – Четвертая главная задача солдата?
Ф. – Почти не думая - Аккуратность, чистота и готовность к бою!
П. – Пятая боевая задача солдата?
Ф. – Не думая – явно теряя интерес – подходим к горке – не знаю.
П. – Подумай.
Ф. – Честно подумав – Не знаю. - через пару минут, - Какая?
П. – Пятая боевая задача солдата – защита своих командиров, коммуникаций, командных пунктов и складов.

Филипп, – довольно, вприпрыжку – на горку. Обычная свалка собачья возня, пару катаний, подходит –
А шестая?

П. – Устало - довольно, как воин, до которого больше не докопаться – Других боевых задач у солдата нет.

Папа пытается что то втирать Маме, что-то про бизнес, про то, что нужно больше денег, что есть новый проект, но все его умствования пропадают впустую. Мама расстроена тем, что Папа, как ей кажется, слишком рано и слишком активно начал встречать новый год, она постоянно поворачивается как флюгер следя, за эволюциями детей на площадке, вмешиваясь в конфликты и перекрикиваясь с ними. Папа подходит к горке, подходит к Филиппу, который лезет вверх по лестнице для очередного старта вниз.

П. – Филипп, а кем лучше быть, солдатом или земледельцем?
Не понимает, кто такой земледелец. Тот, кто производит еду, хлеб и мясо, и все остальное, крестьянин, землепашец, ему объясняют.
Ф. – врубившись в вопрос, уверенно, бодро – лучше быть солдатом!

П. – слегка иронично, предвидя ловушку куда попадет собеседник – Но что будет делать солдат, если пахарь не даст ему хлеба? Что будет он есть?
Ф. – уверенно, как о давно решенном. - Солдат может больше добыть чем крестьянин.
П. – Как? Ведь он не умеет пахать?
Ф. – Зато он умеет убивать! Солдат всегда может пойти убить и съесть кого хочет!

Катание с гор возобновляется с прежней крикливой перекличкой детей с матерями и свалками у подножия горок. 
Шахматист

Уроки немецкого. Я не хочу быть как джентльмен, я хочу быть, как ты.


Уроки немецкого.
До свидания мальчики, мальчики... Постарайтесь вернуться назад*. Это очень важно - возвращаться назад, уметь отменить, недаром, отличную память называют отменной. Помнить дорогу домой. Уметь вернуться. Ах, это не важно, что будет со мной, а важно, однажды, вернуться домой. Стоять на пороге, тебя обнимая, себя понимая, опять понимая. Дом это место, где верят и ждут. Но хватит тут максим. Долой поэтическую отсебятину. О мальчиках. О мальчике, речь всегда обо мне и о мальчике. О мальчике, вообразившем себя солдатом. Или нет. Хватит уже обо мне. Мальчик это всегда еще и сын. Поговорим о мальчике, вернувшим меня в России из земли, которая меня признала и готова была стать мною обетованной. Так уж вышло, что я женился на гражданке этой самой земли. Ну, поехал, всегда интересно было поближе посмотреть на язык, которым написана книга, по переводам переводов переводов и еще не раз переводов, служат в православных русских, да и не только русских, но и многих и многих не русских храмах. И вот, пошел пятый месяц моего прибывания, шустро так, привычно прошел, иврит, гимнастика, иврит, дневной здоровый сон, два - два с половиной часа прогулка по городу, частенько - до моря, купание, интернет, снова сон. И кое-какие старые знакомства обновились и новые связи объявились, и стало ясно - приживусь. И вот, иду я по городу, красиво, небоскребы, народ, жизнь, фрукты, евреи, мысли, гуляю к творожной лавке, и оцениваю примерно лет в десять, как можно очень не торопливо и основательно построить фундамент для очень нехилой, деятельной и насыщенной пенсии. А надо сказать, для меня - пенсионное мое обеспечение - вопрос чести в той же мере, как и вопрос финансовой, физической и социальной безопасности, я не могу полагаться в полной мере на посторонних людей и структуры, короче, это была тогда постоянная тема моего бытия. И начинаю я искать причины, которые могли бы мне помешать и моделировать образ жизни в новых условиях. А у меня есть сын. Младший сын. Самый младший ребенок. Ему было во времена моих прогулок по земле молока и меда, ах какой же насыщенный, этот воздух древнего средиземья, ему было лет чуть за восемь. А значит, нужно было предусмотреть регулярные встречи, а значит, расходы, а значит, разрывы в режиме, паузы в этой атаке непрерывного освоения мест обитания. Ладно, думаю, это решается. Но сколько времени сможет выделить мне он? Четыре недели? Шесть? Понятно, не восемь, два месяца из двенадцати заниматься лишь сыном - для меня перебор. Настоящее общение - дробное, постоянное, незаметное присутствие. Иначе - постепенный разрыв, отчуждение, два раза по две недели ничего здесь не изменит, мое воздействие на сына не будет постоянным. Через десять лет, я могу жить в пентхаузе и не иметь сына. Это было для меня слишком. Никакое царство на таких условиях не порадует, зачем королевство без сына. И, у меня очень умный сын. Когда он родился, он не заплакал, он засмеялся. И продолжает смеяться уже двенадцать лет. И не устает поражать меня мудростью своих представлений, точностью суждений, молниеносным откликом юмора. В рассказе "Солдат." - именно он - тот самый мальчик, который с такой готовностью назвал себя младшим солдатом - учеником. Перед рассказом, и перед началом уроков немецкого - буквально два слова. Тогда, поняв, что достижимая цель обходится невыносимо дорого, я понял попутно ценность для меня моего сына. Я не мог позволить себе лишиться такого блистательного собеседника, он был нужен мне много больше, чем я ему. Конечно же, я вернулся. Это не прошло бесследно. Показать обезьяне такое лакомство, а потом предложить условия, которых нельзя принять. Никак я себя по приезде найти не мог и под этим предлогом, да реально, успокаивал нервы, подбухивал. Ну да ладно. И вот, вскоре после моего возвращения, провожал я его в школу. А нет. Другое хотел рассказать, но этого примерно периода. Встречал я его из школы. И по дороге мы зашли в магазин. И в магазине он громко поинтересовался, чьи деньги я трачу. На улице, я сказал ему, что обсуждать вслух денежные вопросы бывает опасно для здоровья. Плюс к этому, сказал я, джентльмены не говорят о деньгах, это давно решенный вопрос. И вот, этот восьмилетний человек берет меня за руку и очень открыто, свободно, как выдох, - говорит мне, - Пап, я не хочу быть как джентльмен. Я хочу быть как ты. Он устыдил меня. В то время во мне царила разруха, расстойство понятий и представлений, кроме, пожалуй базовых, тушечных, основных. Аморальный, циничный, дромо и токсико и много чего еще ман, лентяй, социальная лиана и душевный паразит, вот, пожалуй, наиболее корректная характеристика моего тогдашнего внутреннего мира. Я вернулся назад, но не примирился с возвратом и не торопился с укоренением, скорей, оплакивал погибший вариант. А тут - хочу быть как ты. Знаете, ведь все мы, кому есть что сказать, стараемся быть понятыми. И - часто - как часто, люди не просто не слушают нас, их это просто не интересует. А тут - вот такая вот добровольная готовность смотреть, слушать, учиться. Быть как я. Интересно, правда? Не надо делать как я. Может не хватить здоровья, и/или удачи. Элементарного похуизма может не хватить, чтобы переварить реальность моими способами, так уж сложилось, это не я такой крутой, это у нас такой короткий рабочий день. И я задумался. Он в очередной раз заставлял меня переосмысливать жизнь и мое место в жизни. Он уловлял меня в силки слов, я оставался свободным, я не был запутан, слова были простыми и ясными, это не было жестом доверия или лести, это была простая констатация факта, словом, не было петель и непоняток, но я был распят как в прицеле. Он сказал это примерно так, как один солдат сказал бы другому, я хочу научиться метко стрелять. Только он не знал, что я не умею метко стрелять. Что я всю дорогу промахиваюсь. Что я вообще часто не вижу мишеней. Что я делаю много ненужного, нужного только мне и мне одному. Что я не знаю главного. А до главного - обязательно дойдет. И - когда дойдет до главных вопросов - что я отвечу? Так вот вскрыл меня мальчик, который не хотел быть похожим на джентльмена. О происходившем потом, позже, можно много рассказывать, полагаю, расскажем еще. Но теперь - наконец-то - к заявленной теме. К теме, что возникла через четыре года после разговора у магазина. К урокам немецкого. Похоже, мы, все, то есть семья, определились с направлением его профессиональной специализации. Похоже, эта тема ему по душе. И решили мы, что немецкий язык будет мальчику в самую пору. И, подумал я, пусть и от меня будет реальная польза, пусть я начну учить его немецкому. Самым основам, чтобы было позже больше пользы от учителей и общения с немцами. И начали мы изучение. Но об этом чуть позже.

*До свидания мальчики