papalagi (papalagi) wrote,
papalagi
papalagi

Categories:

Вернадский Владимир Иванович (1863—1945) Дневники 1917-1921

1919

13/[26]. IX. [1]919

Не знаю, что со мной сделалось. Я так ярко и глубоко чувствую самодовлеющее значение своей работы научной, что впервые могу говорить об этом как не о своем деле, а как о таком, которое может оправдывать отход от участия в событиях дня. Мне кажется, что и с национальной точки зрения это самое большее, что я могу дать. Среди зоологических украинских и великорусских инстинктов хочется уйти во что-то такое вечное, которое стоит выше этого и с чем я соприкасаюсь в той творческой научной работе, которой живу эти месяцы.

Я застал даже живым помещичий мир Атавы и Эртеля. А что застал Чолокаев? Меня поражал в этом смысле диапазон жизни Толстого, но люди, пережившие крепостную Россию и революцию нашего времени, имели, мне кажется, диапазон жизни, небывалый в истории человечества. Интересно было бы дать картину года в Тамбове или Моршанске диапазона жизни Чолокаева — 1847 и 1918

13/[26]-IX

П. И. [Новгородцев] указывает, что слово «Украина» старое — но «украинец» — новое и выдуманное. И кажется, это верно.

14/[27]-IX

Рассказывала любопытные facto devero о руководителе политики Клемансо, начальнике его канцелярии Манделе. Про него говорят, что он инспиратор антирусских настроений Клем[ансо]. Однако именно Манделя ненавидят социалисты, борющиеся с Клем[ансо]. С. Вл. [Панина] уверяет, что Maндель — псевдоним — настоящая фамилия его Ротшильд.

В Париже огромная русская колония — впечатление тяжелое. Влияние на политич [ескую] жизнь ничтожное. Наибольшее влияние Чайковский. Очень много значит, что он социалист; его слушают и с ним разговаривают. Другие не могут найти аудиторию. Чайковский держит себя превосходно и сейчас является крупнейшим представителем России

А. Тома играет небольшую роль, т. к. он для одних оказался крайним правым, для других — левым. С ним Астр[ов] и Пан[ина] виделись — он стоит резко на право народностей и в существе на этом основании желает раздробления России. Мне представляется, что взятый во всем масштабе украинский вопрос далеко пе так просто решается, как это думают русские люди. Их решения в значительной мере основываются во всех отношениях на незнании.

15/[28]. IX.[1] 919

Странное, очевидно, у меня отношение к самому себе: я отношусь как к чему-то стороннему. Познаю себя эмпирическим путем, оценивая себя по сравнению с другими и по отношению других ко мне. Этим эмпирическим путем увеличивается мое «мнение о себе», но это оставляет меня холодным и безучастным. Я не то что считаю себя выше окружающих, но я сознаю, что я выше, чем я думал. Но что из этого, когда ясно чувствуешь, что сознание захватывает только небольшую частицу сущего, а то, что получается иным, не сознательным, пе логическим путем, составляет в конце мою личность, есть явление иного порядка. Его нельзя одеть в детские пеленки логического выражения, к нему не подходит выраженная в словах или образах оценка своего положения среди окружающего.

детские пеленки логического выражения...

В разговоре с С. Вл. [Паниной] я как-то сказал, что сейчас (в ответ Юреневу о возможности или невозможности — моральной — уехать и отдаться научной работе в связи с зоологическими украинским и великорусскими настроениями) я пришел к заключению, что опору в жизни я нахожу только в самом себе и только в глубине своей личности я считаюсь в своих моральных решениях. С. Вл. [Панина] говорит, что она давно руководится тем же самым. Сейчас я чувствую, когда я опираюсь на самого себя, что я как бы углубляюсь в какую-то глубь, в какую-то бесконечность и этим путем нахожу такую опору в своих решениях в окружающей жизни — на поверхности, какой не ожидал. Точно в окружающей меня бурной стихии я сижу на прочной и неподвижной скале.

Шли только путем самоуглубления, самопроникновения. Но можно и иным путем? Сравнением с внешним миром себя как целого.

Здесь все увеличивается накипь и тина жизни — серые будни. Рябушинские грабят и спекулируют вовсю, пользуясь своим влиянием.* С ними и некоторые другие. Здесь, говорят, очень подозрительна роль Лебедева, мин [истра] торг[овли].

* Речь, вероятно, идет о договоре па поставку ДА заграничной мануфактуры, заключенном «Товариществом московской объединенной промышленности» во главе с братьями Рябушинскими с Донским правительством и крайне невыгодном для последнего.

Всюду в штабах и отделах в резервах масса лишнего народа, находящегося не на

фронте и получающего содержание. В одном автомоб[ильном] отделе до 2000 офиц [еров] «резерва». Брат Минца там служащий, указывает, что машины, поставляемые англичанами, за исключением танков, очень большею частью поломанные и попорченные. Идет спекуляция частями машин офицерами и служащими. Обращение с машинами чрезвычайно небрежное. Отчасти в отзывах чувствуется обиженное чувство еврея. Евреев фактически в ДА не пускают; офицеры евреи получают чистую отставку.

Tags: Вернадский
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments