papalagi (papalagi) wrote,
papalagi
papalagi

Categories:

Институт Дальнего Востока РАН Духовная культура Китая : Энциклопедия : в 6 т. т. II

Мифология. Религия

Народные верования и государственные культы

Верования и культы эпохи неолита

Сопоставительный анализ различных памятников и артефактов позволяет говорить о существовании в неолитическом Китае по меньшей мере трех генеральных религиозных феноменов: погребального культа, культа плодородия и культа животных.

Дети могли наделяться повышенными магическими и медиумическими способностями, как это было свойственно более поздним китайским верованиям. Показательный пример — образ тун [4] («подросток», мальчик в возрасте 10—14 лет, до полной смены у него молочных зубов). О тун постоянно упоминается в текстах, относящихся к I тыс. до н.э. (эпохе Чжоу). Из них следует, что дети были непременными участниками определенных магических сеансов (в том числе обряда вызывания дождя) и, кроме того, наделялись провидческим даром. Последнее находит воплощение в традиции поэтических знамений — тун яо («детские песенки»). Сакрализация образа ребенка (подростка) присуща также даосским религиозным представлениям

Представления о верховной власти и правителе

Из надписей на гадательных костях также следует, что, когда иньцы присоединяли к себе новые земли или заключали союзы с соседними народностями, они вводили в официальный пантеон связанных с ними персонажей: духов-покровителей данных земель или предков новоприобретенных союзников. Таким образом, царь наделялся правом вносить определенные изменения в официальный божественный пантеон в соответствии с текущими военно-политическими событиями. Иньская государственная религия убедительно обосновывает место правителя в системе мироздания (потомок верховного божества и повелителя всего сущего) и его полномочия духовного иерарха страны (поклонение собственным предкам). Такое осмысление фигуры правителя делает излишним жреческое сословие. Никаких следов такого сословия, находящегося вне властных органов, в структуре иньского общества не прослеживается. Типичные для других регионов древнего мира жреческие обязанности (совершение жертвоприношений, ведение записей и т.д.) возлагались на членов царствующего дома, знать и специальных чиновников. К числу последних относились писцы (ши [9]) и гадатели (си [5] и бу [1]). Аналогичная ситуация наблюдается во все последующие исторические эпохи.

Главная религиозная новация чжоусцев заключалась в том, что они отделили институт верховной власти от культа предков, провозгласив верховным божеством не собственно предка-прародителя (Хоу-цзи — Князь проса, исходно, видимо, архаическое аграрное божество), а Небесного владыку (Тянь-ди). Культ Неба принадлежал, возможно, к собственным верованиям чжоусцев и имел центральноазиатские корни. Даже на фонетическом уровне он перекликается с тюрко-монгольским культом Неба — Тэнгри. Но в том варианте, в котором культ Неба утвердился в Китае в чжоускую эпоху, он оказался во многом сходным с культом Верховного владыки (Шан-ди).

Центр по-прежнему воплощал сакрально-политический центр мира. Но постепенно его смысловое значение приняло «геополитические» масштабы: вся национальная ойкумена. Такой взгляд на мир нашел отражение в одном из главных самоназваний Китая (употребляется и ныне) — Чжунго (Центральное/Срединное государство). Сочетание чжунго впервые появилось в эпиграфических надписях на бронзовых сосудах X-IX вв. до н.э. В широкое употребление в значении «Центральные царства» оно вошло приблизительно в VIII—VI вв. до н.э. Тогда оно служило обозначением только удельных владений и княжеств, находившихся непосредственно на Великой Китайской равнине. После создания централизованного имперского государства (III—II вв. до н.э.) этот термин был перенесен на всю страну.

Tags: Духовная культура Китая
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments