papalagi (papalagi) wrote,
papalagi
papalagi

Categories:

Достоевская Анна Григорьевна (30 авг [11сен] 1846— 9 июн 1918) Дневник 1867 года

У нас оставалось 20 талеров, но из этого следует вычесть за кофе, сигары и свечи 2 талера, один талер сапожнику и 1 прачке, итак, остается 16 талеров. Но ведь зато выкуплено пальто и 2 платья, а это уж очень большой шаг на пути к нашему обогащению.

Потом мы пошли домой и когда проходили мимо Hotel Victoria, то слышали дамские визги и крики. Мы не знали, что и подумать, как услышали дамский же голос, хохочущий и говорящий по-русски. Ну, разумеется, кто за границей себя дурно ведет, так это русские: они без визгов и криков и обойтись не могут, им нужно как можно больше произвести шуму, как можно больше обратить на себя внимание.

Отсюда мы отправились по Lichtenthaler Allee, много раз сидели на скамейках; мы проходили также мимо памятника Шиллеру. Какие это хитрые немцы! Ну, как им отстать от всех городов просвещенных, как не показать, что и они интересуются и уважают гения, вот они и придумали тоже поставить Шиллеру памятник. Но чтобы избежать излишних издержек, они решили сделать это экономически, то есть: лежал у них среди сада большой неотесанный камень, ни к чему не пригодный; перенести его на другое место было очень неудобно, уж очень тяжел, ну, а если лежит среди сада, так это только вид сада портит. Хитрые немцы сейчас же и догадались, какое им сделать употребление из этого камня. Не употребляя ни гроша на переработку камня, не отесав его нисколько, они вырезали несколько золоченых букв, но таких, которые обыкновенно ставятся на надгробных гробовых памятниках и сделали надпись: «Den unsterblichen Schiller Stadt Baden» Чтобы скрыть безобразие этого камня, они посадили вокруг него сирень, которая закрыла его с 3-х сторон, так что осталась на виду одна лишь часть, где была надпись. Это очень хитрая выдумка, которая только и может быть выдумана немцами. И похвально, и экономически, и камень не мешает глазу, одним словом, одним камнем убили 3-х зайцев. Как это мелко, право, меня это просто возмущает, вместо того, чтобы восхищать.

Потом зашли за пирожками, но сегодня они не свежи; зато, по крайней мере, и цена сбавлена,— вместо 6 Kreuzer’oв за штуку берут 4. Вот в этом честность: не выдают несвежего за свежее.

В 11 часов, именно в то время, когда мы подходили к музею, школы распускаются. Мальчики-школьники с самым веселым видом бежали из школы, со смехом и хохотом; некоторые тут же на улице твердили свои уроки, другие просто бежали, но так весело было на них смотреть, на их веселые, милые лица.

Часу в 9-м я отправилась к нашим хозяйкам, чтобы поторопить их насчет кофе. Они мне начали говорить о близком приезде Гарибальди и о том, что все государства решительно завидуют их свободной стране и непременно желают одолеть Швейцарию, потому что здесь уж так хорошо, что всех их берет зависть. Вообще наши старушки уверены, что лучше их Швейцарии ничего быть не может, и что забота всех только в том и состоит, чтобы взять себе прекрасную гористую страну.

Сегодня и вчера по всем углам висели прокламации, извещавшие о приезде Гарибальди, приглашавшие сделать ему отличный прием. Потом извещалось о собрании конгресса мира в будущий понедельник и о ходе этого конгресса Народа у этих афиш очень много, все читают и, я думаю, восхищаются своей свободной страной.

Я прошла еще несколько и села на камни перед водой и долго смотрела на озеро. Право, мне никогда не случалось видеть таких прекрасных видов, мне было ужасно как весело, так что я даже пела. Здесь очень пустынно, редко только когда проедет какая-нибудь коляска с путником, а то теперь так жарко, что никто и не гуляет. Перед городом меня начало морить, и я решилась идти домой; воздух ужасно жаркий, тени решительно нет, так что я могла показаться положительно мученицей, идя по такому зною, но здесь и идя одна, я как-то очень терпеливо сносила все это, если бы был кто-нибудь со мной, то я вероятно бы хныкала и роптала на жару, но так как я была одна, то и пожаловаться было некому, а, следовательно, оставалось одно: терпеть и молчать.

Я пришла, так и повалилась, так я сильно устала. Федя сидел, писал и потому ничего не сказал при моем приходе, и я могла отдохнуть, сколько было угодно.

Мы спросили черного чаю; дама, которая здесь торгует, сейчас позвала к нам самого хозяина и тот принялся раскрывать новый ящик. Вероятно, чай здесь решительно не идет, потому что у него все цыбики были закупорены и, вероятно, мы у него одни покупатели. Он так много трудился над открыванием ящика и так управлялся с ножиком, что я просто боялась, как бы он не изрезал себе пальцев. Право, нам сделалось стыдно, что мы беспокоим человека из-за полфунта чаю, хотя они и этому были очень рады; но тут уж радость их была очевидна, когда мы поспешили взять полфунта чаю; право, в Петербурге очень стыдно купить половину фунта в чайном магазине, а здесь чай пьется как лекарство, а потому они были просто удивлены и даже обрадованы, когда мы вдруг взяли у них половину чаю. Спрашивается, когда у них распродастся весь чай, который по виду казался довольно хорошим.

...

Tags: Достоевская
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments